Мэтт закрыл глаза. У него болело всё. И сейчас не время переживать о фамилиях. Когда-нибудь придёт день их освобождения, тогда они и выберут себе полные имена.

— Больше здесь ничего ладного нет. — У него сел голос, и дальше Мэтт хрипел: — Я стану тренировать вас, и тебя в том числе, пока вы меня не возненавидите. — Эта мысль пугала его сильнее, чем смерть от рук командира. Всё, что у него было — его братья.

— Мы тебя не возненавидим, — Нат схватил его за руку. — Я доверяю тебе, Мэтти. Ты лучше командира.

Господи. Слепую веру Натана было так же трудно принять, как не испорченность Джори или надежду Шейна. Но Мэтт изучал психологию последние несколько лет и понимал, Натану нужно верить. Если Нат уверен в непобедимости Мэтта, то может спать ночами, хотя бы пару часов. Ответственность огромным камнем легла на плечи Мэтту, а от желания сбежать комната перед глазами сузилась до размера норы. Но он не беглец и не оставит своих братьев.

— Нат, я не позволю, чтобы с тобой что-то стряслось. Обещаю. Нас четверо… И никто больше не окажется один. Никогда.

— Никогда, — повторил Нат, который в этот момент казался даже выше

— Командир выяснил что-то про наши сверхспособности? — спросил Мэтт, просчитывая в уме планы и возможное будущее для семьи.

— Нет. Он знает лишь, что мы видим и слышим лучше большинства людей. Большего я не говорил ни ему, ни доктор Медисон.

— Хорошо. Мы ничего им не дадим знать. — Что может привести их к смерти, если командир узнает про скрытые таланты. Из-за того, что командир едва не отослал Джори, записал себя в список врагов Мэтта. Больше не будет надежды на дружелюбие… Мир Мэтта должен быть совершенным, или он погубит Мэтта.

Нат кивнул.

— Я ничего не скажу командиру, и мы будем тренировать Шейна и Джори, сделаем из них настоящих бойцов. Когда-нибудь мы выберемся отсюда.

Мэтт вздохнул. Он изо всех сил постарается освободить братьев, но будет трудно. Его желудок свело.

— Мне нужна твоя помощь.

Нат выпятил грудь.

— Что угодно.

Мэтт потер подбородок. В голове прояснилось, а тело расслабилось, когда сложилась общая картина плана.

— Я буду давить на них, и тренировать, а ты — защищать. Если я буду заходить слишком далеко, ты меня притормозишь.

Нат помрачнел, его глаза стали темнее, сейчас он казался старше своих лет.

— А в нашей жизни можно зайти слишком далеко?

— Вероятно, нет. — Мэтт засучил рукава, перечисляя в голове все упражнения, которые нужно отработать до отбоя. — Полагаю, придётся выяснить.

Глава 1

Наши дни

Колотые раны болят сильнее пулевых. Присев на асфальт, Мэтт Дин прислонился спиной к кирпичному зданию и начал изучать пустующий темный переулок. Мусорные баки выстроились у дверных проемов ныне закрытых предприятий. И здесь пахло жимолостью. В каком переулке могло пахнуть жимолостью?

Два дня назад его полоснули ножом в Далласе, и пришлось убираться как можно быстрее от того, что вскоре стало местом преступления. Скобы, которыми он стянул рану, выпали после поездки по неровным дорогам, и теперь футболка промокала в крови. Надо вновь стянуть рану.

Двое мужчин, напавших на него в Техасе, больше не смогут ни то, чтобы на кого-то напасть, но и вновь сделать вдох. А двое других, вероятно, будут молить о смерти, когда очнутся. Как они, чёрт подери, нашли его?

Телефон разбился в драке, и Мэтту ничего не оставалось, кроме как продолжить задание, сесть на мотоцикл и уехать за три штата. Подальше.

Надо вломиться в один из бизнес-центров и позвонить братьям.