При этом леди Уоррик то и дело оглядывалась, словно проверяла, что Далтон все еще здесь.

Лестница была узкая, стены, казалось, давили со всех сторон. Джек чувствовал себя огромным и неуклюжим, ступени под его ногами скрипели. Даже Марко и Саймон, идущие за ним следом, поднимались бесшумно, как коты.

Когда-то давно Джек был домушником и умел ловко и тихо передвигаться, но с тех пор прошло много лет и он растерял всю сноровку. К тому же в последнее время он зарабатывал на хлеб в качестве телохранителя, и частью его работы было вести себя так, чтобы все видели и слышали его приближение. Может быть, поэтому его попытка убить Рокли провалилась с таким оглушительным треском. Ему тогда нужно было вернуться к старым привычкам и все тщательно спланировать, а он вместо этого ворвался в дом Рокли и схватил его за горло. Тогда один из телохранителей его светлости ударил Джека по голове так, что он потерял сознание. А когда очнулся, то обнаружил себя в наручниках, лежащим на полу «Черной Марии», которая везла его в участок. Вот к чему привела его бесхитростность и привычка идти напролом – он попал в тюрьму, даже не успев отомстить.

Наверху их ждала еще одна дверь. Ева постучала – три коротких стука, пауза, потом еще один. Дверь открыла темноволосая женщина. Свет газовых ламп падал на нее сзади, и ее лицо оставалось в тени.

– Все прошло по плану? – спросила она Еву. – Без осложнений?

– Харриет, такое впечатление, что ты об этом жалеешь.

–&