«Вдова» твердо решила: после Сэмюэля никаких мужей и никаких любовников. Она не позволит больше ни одному мужчине разбить ей сердце. Оливия полностью отдалась тихой жизни вдали от большого города, постепенно увлеклась делами огромной плантации, а главное, посвящала все свободное время воспитанию сына и отдыхала душой. Конец недели у нее проводил доктор Альберт Фрей с сестрой, и каждое лето, взяв с собой Дэвида, Оливия отправлялась в гости к Микайе, который безбожно баловал любимого внука. В общем, Оливия не могла пожаловаться на жизнь, у нее были сын и добрые друзья.

Все разлетелось вдребезги, когда Луиза сообщила о неожиданном появлении Сэмюэля в Новом Орлеане. В городе только и говорили что о нем и его выступлениях в защиту пиратов, и все это происходило на фоне слухов о скорой высадке английских войск. Будь у нее выбор, Оливия предпочла бы скорее встретиться лицом к лицу со всем флотом адмирала Кокрейна, чем с одним полковником по имени Сэмюэль Шеридан Шелби.

Наблюдая за сыном, заталкивавшим, лукаво посматривая на мать, один за другим куски лепешки за пухлые щеки, Оливия внезапно испытала приступ страха: «Вдруг Сэмюэль приехал забрать Дэвида?» Правда, он даже не знает о существовании сына. Ко времени рождения Дэвида она уже перестала писать Сэмюэлю. Или он все же знает? В конце концов, Шелби шпион, причем весьма ловкий. Она сама видела его в действии. Но в таком случае почему он ждал три года, прежде чем явиться за сыном?

Нет, это простое совпадение, решила Оливия. Сэмюэль выполняет очередное задание, и судьба случайно забросила его в Новый Орлеан. Нужно переждать, отсидеться в Новом Версале, пока полковника отправят в другое место. В основном поэтому Оливия не тронулась с места, хотя ходили упорные слухи, что англичане высадятся на побережье и на пути к Новому Орлеану пройдут через территорию плантации Байю-Бьенвеню. К тому же Эдмонд Дарси убедил Оливию, что опасаться нечего. А ведь он личный секретарь губернатора, наверняка владеет самой точной информацией.

Одно время Дарси пытался ухаживать за молодой вдовой, но она дала ему твердо понять, что никогда больше не выйдет замуж. И Оливия испытала к нему благодарность, когда Дарси спокойно принял отказ и предложил ей свою дружбу. Он стал довольно частым гостем в доме, дарил игрушки Дэвиду и держал Оливию в курсе военных действий. Именно Эдмонд настоял, чтобы семья оставалась в загородной резиденции — на тот случай, если произойдет худшее и англичане оккупируют Новый Орлеан. Здесь, в Новом Версале, Оливия с сыном будут в безопасности.

Хозяйку дома сейчас тревожила другая опасность — сумеет ли она защититься от Сэмюэля, если он вдруг появится на широкой, обсаженной магнолиями дорожке и направится к дому? Может, он ожидает, что она выбежит навстречу и бросится к его ногам? Или отдаст ему Дэвида без борьбы?

Оливию охватили тяжелые предчувствия. Сэмюэлю не составит труда развеять миф о мнимом замужестве и опозорить Оливию перед добропорядочным обществом Нового Орлеана. Она подвергнется всеобщему осуждению, а полковник получит возможность сыграть роль благородного отца и заберет сына. И бесполезно будет искать справедливости в суде. Закон всегда на стороне представителей сильного пола.

«Я ни за что не уступлю, Сэмюэль, и буду бороться до конца. Если потребуется, я отправлю Дэвида к Микайе. Посмотрим, посмеешь ли ты отнять у него внука!» — гневно думала Оливия. Но в глубине души была уверена — если Шелби приехал за сыном, то уже ни перед чем не остановится.

— Мама, ты меня сильно прижала, я не могу кушать, — пожаловался Дэвид, прервав ее тревожные мысли.

Оливия расслабилась, поцеловала щеку сына и затравленно уставилась через окно на ведущую к дому подъездную широкую дорожку.

Если при первой встрече Джексон показался Шелби неимоверно худым, то сейчас от генерала вообще почти ничего не осталось.