— Такой цвет не пошел бы никому, — сердито пробормотала она вполголоса.

Уголки его губ дернулись, и Маргарита вдруг почувствовала, что и ее захлестывает прилив веселья, чего она от себя никак не ожидала. Она во все глаза глядела на Брэма, в то время как тот улыбался — только ей одной.

— Так мы поедем за покупками?

— Но у нас ведь совсем нет денег. То немногое, что ты берег, чтобы после войны восстановить Солитьюд, должно быть, уже истрачено.

— А я-то думал, что ты разбогатела и нажила целое состояние. После стольких-то сеансов позирования Жоли…

— Нельзя сказать, чтобы эти сеансы приносили особенный доход. Несмотря на то что мне приходилось довольно много вращаться в высшем свете, зарабатывала я меньше, чем школьная учительница. — Маргарита не преувеличивала. Те скромные деньги, что она получала, целиком уходили на ведение домашнего хозяйства и на то, чтобы прокормить семью. К тому же нужно было еще платить сиделке — Джеффри нуждался в специальном уходе.

— По крайней мере, эта свадьба, на которую все так рассчитывали, должна была как-то помочь тебе устроить судьбу…

— Да, но не мою судьбу, а Элджи… О, как бы я была счастлива, если бы все ограничилось скромной официальной церемонией. Но Элджи захотел устроить нечто вроде грандиозного шоу.

Губы Брэма сложились в подобие улыбки.

— Ну, эта свадьба, кажется, превзошла все его ожидания…

Маргарита тоже не удержалась от легкой усмешки:

— Да уж. Могу только представить себе, что испытывали в это время остальные Болингбруки.

— Аурелия и еще четыре сестры отправились путешествовать по Европе — это изобретенный ими способ избежать позора. Камелия собирается уйти в монастырь и завершить там свое образование. А твой несостоявшийся супруг уединился в своем загородном имении с ящиком бренди и напрочь отказывается покинуть свое убежище.

— Бедняга Элджи, — прошептала она.

— Ходят также слухи, что он предложил Клодетт Шиффлер, с давних пор обучавшей его танцам, исцелить его раненое сердце.

Маргарита уставилась на него, раскрыв рот. Нет! Не могла память о ней изгладиться из сердца Элджи так быстро! Она почувствовала жгучее недоверие к сведениям, которые так небрежно сообщал ей Брэм.

— Ты лжешь.

— Ничего подобного. Уверяю тебя.

— Откуда же ты мог узнать, что произошло с Болингбруками, когда все свободное время ты проводишь со мной?

Брэм взял ее лицо в свои ладони.

— Во время войны это было моей работой. Я, видишь ли, собирал информацию. С тех пор положение вещей не так уж и переменилось.

Она изумленно подняла брови:

— Так ты был разведчиком?!

— Что-то вроде этого.

Это был не тот ответ, которого она ожидала, но Маргарита не решилась продолжить свои расспросы. Брэм и без того наконец удосужился приподнять завесу таинственности, окутывавшей последние годы его жизни. И все же она не смогла удержаться от последнего вопроса.

— Почему ты решил перейти на сторону южан? — прошептала она наконец. Сейчас этот вопрос мучил ее сильнее, чем когда-либо. Мика, брат Брэма, был послан в Вест-Пойнт, где он изучал военную инженерию. Маргарите не раз доводилось слышать сетования Брэма на то, что только один из сыновей в их семье мог обучаться в военной академии. Он страстно хотел учиться там, жаждал приносить пользу своему правительству. И вот что-то заставило его пересмотреть взгляды на жизнь. Неужели Кейси был прав, и золото явилось тем искушением, против которого Брэм не смог устоять?..

Он вздохнул, и по замкнутому выражению его лица Маргарита поняла, что зашла чересчур далеко.