— Никаких сведений о нем.

Маргарита не стала задавать вопрос, тут же пришедший ей в голову: А жив ли Джексон? Вместо этого она спросила:

— Когда ты последний раз получал от него известия? Может, он еще не демобилизовался?

На Юге еще оставались войска Союза, в качестве охранных правительственных частей, до тех пор, пока не поступят дальнейшие распоряжения. Джексон мог нести службу в этих войсках.

Брэм покачал головой.

— Последний раз я слышал о нем в конце шестьдесят четвертого года, он значился в списках раненых, во время убийства генерала Уотертона — человека, под началом которого и служил Джексон.

В его тоне сквозило беспокойство. Джексон был ранен, не пропал, не погиб. Но если с тех пор никто его не видел и не слышал о нем, это было плохим знаком.

Взволнованная переменой настроения Брэма, Маргарита взяла его руку.

— Не волнуйся о нем, Брэм. С ним все в порядке. Он всегда был слишком рисковым, но границы никогда не переходил. — Она сказала то, что обычно говорили в таких случаях.

Несмотря на свою меланхолию, Брэм ей слабо улыбнулся. Ей стало легче на душе. Улыбка. Бледная, но все-таки настоящая улыбка. Она так ждала этого момента, что когда он наступил, она не знала, как себя вести. Она застыла, почувствовав сильное волнение, словно девочка, сделавшая круг в танце на своем первом бале.

— София прислала для тебя целый сундук с новыми вещами.

— Правда? — она была так увлечена работой в розарии, что не слышала, как приезжала повозка.

— Я хотел узнать, согласишься ли ты со мной пообедать сегодня. Я думал, мы можем поехать сегодня в город.

Она чуть было немедленно не согласилась, затем заколебалась, испугавшись, что эта прогулка не будет слишком удачной. Их хорошие отношения во многом были обусловлены тем, что оба они были заняты своими личными делами и редко общались друг с другом. Ночью они предавались страсти и не могли спорить. Поехать в город означает долго находиться вместе в экипаже и еще около двух часов может занять совместный обед.

— Ну? — спросил он.

— Думаю, что мне будет очень приятно обедать с тобой, — слова слетели у нее с губ прежде, чем она успела что-то сообразить.

— Отлично. Поедем примерно в шесть. Оденься потеплее.

Затем он вновь отправился на стройку, оставив ее недоуменно глядеть на его удаляющуюся стройную фигуру.

Чувство ожидания охватило ее. Она проведет несколько часов в компании своего мужа в обстановке, далекой от интимной. Ей придется контролировать себя. И все же она надеялась, что они спокойно проведут этот вечер в разговорах о погоде и Солитьюде. Она постарается управлять ситуацией.

И попытается рассказать ему про Джеффри.

ГЛАВА 13

Готовясь выйти в свет со своим мужем, Маргарита надела платье цвета граната. Черные агаты украшали ее шею и запястья. Черное тонкое кружево — нежное, будто сотканное сказочными паучками, — собиралось на спине в складки, а ниже образовывало пышный турнюр. Ее волосы были зачесаны набок и украшены такими же черными агатовыми бусинами.

Если не считать черных длинных митенок, натянутых до локтей, ее руки были обнажены, глубокое декольте открывало взгляду шею. Все платье было украшено рюшами и складками, поверх него она надела черную сатиновую пелерину, воротник которой был сделан из кружева.

Она немного помедлила, прежде чем выйти из-за ширмы, разглядывая платья, висевшие на гвоздях, которые специально для них вбил Брэм. Ее ладони запотели, но не от страха Нет, скорее, это было чувство томительного ожидания вечера, который должен был много значить для них обоих. Однако в том только случае, если она будет говорить и делать правильные вещи.