Первая и вторая разрешали дать заказ Ч. Крампу на постройку серии миноносцев (самое раннее предложение американского заводчика) и крейсера водоизмещением 6000 т (будущий "Варяг"), пятая – "сделать все необходимые сношения" для заказа частному заводу в Николаеве минного транспорта типа "Вулкан" (построенный в 1886 г. для английского флота скоростной носитель 60-футовых "миноносок" – P.M.), которым великий князь считал необходимым "возможно скорее" снабдить русскую эскадру Тихого океана. Третьей директивой "относительно броненосцев типа "Пересвет", предложенных к постройке, решили запросить Балтийский завод о том, сможет ли он при планируемой в МТК замене 254-мм на 305-мм орудия сохранить те же сроки постройки, какие называл в своем предложении. Четвертой директивой поручалось Ч. Крампу "выработать и представить чертеж нового броненосца, подходящего по типу к "Пересвету", но без деревянной обшивки (подчеркнутое в тексте, с 12.-дм. орудиями в башнях вместо 10- дм., с двумя машинами вместо трех и с пятью подводными аппаратами, из которых один носовой".

Гарантии выдачи заказа директива не содержала, и могло показаться, что пришел наконец тот момент истины, когда, соединив три проекта – "Князя Потемкина-Таврического" из Николаева, модификации "Пересвета" Балтийского завода из Санкт-Петербурга и Ч. Крампа из Филадельфии, проблема базового проекта новой программы будет блистательно завершена, а вся эволюция отечественного эскадренного броненосца на рубеже XIX-XX вв. получит эффектное, стройное и логичное завершение.

Но неожиданно ход событий получил совершенно иное развитие. Логику событий, совершившихся в те дни под адмиралтейским шпицем, имеющимися документами объяснить невозможно. Очевидно лишь одно – все они происходили в полном неведении для Балтийского завода, в особенно странном для бывшего ранее в центре всех событий, поведении МТК, в странной несогласованности между подразделениями Морского министерства и в несоответствии с нормами здравого смысла и интересами государства. Особенно неясен путь прохождения проекта броненосца. Еще 21 марта в МТК были готовы согласиться с докладом Ч. Крампа о 27-узловых миноносцах (30 узлов на мерной линии) водоизмещением 350 т и 234 т и крейсера водоизмещением 6000 т, но докладывая об этом великому князю, председатель МТК вице-адмирал И.М. Диков (1833-1914) обратил внимание августейшего генерал-адмирала на неприемлемость предлагаемых Ч. Крампом для крейсера котлов Никлосса, которые комитет считал опасными. Но Крамп уже успел каким-то образом снискать доверие генерал-адмирала, который не только разрешил в проекте крейсера применить признанные МТК опасными котлы Никлосса, но и нашел нужным "приказать предложить" ему составить проект броненосца. И в МТК на основе, видимо, имевших заготовок, а может быть, и предварительных переговоров с Крампом, спешно составили "программу проектирования броненосца" (водоизмещение не более 12700 т, скорость 18 уз).

Уже 24 марта – на следующий день по получении директив великого князя – программа была вручена Крампу (Балтийскому заводу ее "для соображений" передали только 8 апреля). Сказочно быстро, и, как заставляют думать факты, в обход МТК, совершалось и дальнейшее продвижение заказов Крампу броненосца и крейсера (от хлопотных миноносцев и верфи для их постройки во Владивостоке Ч. Крамп успел отказаться). Инициатором (или исполнителем) этой внутриминистерской интриги выступил начальник ГУКиС вице- адмирал В.