Меры конспирации предприняли чрезвычайные. Для обмана самих себя сфабриковали письмо Управляющему Морским министерством (от 18 января 1905 г.), которого А.М. Абаза уведомлял о своем отбытии из Петербурга во Владивосток "по поручению, высочайше на меня возложенному", и о сдаче тайному советнику Матюнину дел по управлению своего "Особого комитета". Снабженный фальшивыми документами на имя "Вальбера Париуса" (а может быть, и с фальшивой бородой и париком), облаченный глубоким инкогнито (с морским агентом, которому было велено его не встречать, он должен был познакомиться "случайно"), деятельный адъютант 23 января обосновывался в заказанных для него (через третьих лиц) апартаментах парижской гостиницы "Континенталь". Похождения вымышленного Штирлица меркнут перед стремительно совершавшимся обретением А.М. Абазой связей с нужными людьми, доверенной агентурой и титаническими усилиями по заметанию следов своей деятельности. Но от журналистов и японских агентов было не уйти. Очень скоро новоявленный резидент в очередной шифровке удрученно докладывал: "мне бы напасть на след, как японцы напали на мой след". Тайна и фальшивая борода Вальбера Париуса стали дежурной темой парижских газет.

Тем временем, послушно выполняя наставления авантюриста, в Морском министерстве были заняты лихорадочным комплектованием экипажей для этих крейсеров. Особую заботу составляло приобретение транспортов для сопровождения крейсеров от места их передачи неподалеку от Монтевидео. Этот расход составлял еще до 12 млн руб. – отзвуком этих приобретений остались ряд транспортов, со временем вошедшие в состав русского флота. Нельзя отделаться от впечатления, что во всех уголках Европы два щедрых русских коммивояжера находили "посредников", достойных вознаграждения из русской казны. Некие Флинт и К", группа Креста, Берг, барон Генрих Коттю, фирма Форж и Шантье, греческие министры и турецкие чиновники, группа чилийцев с фальшивыми документами, люди из Венесуэлы, группа Шваба (под покровительством великого князя Кирилла Владимировича), партия Бартенев- Мамон, бур Стратен, банкир Рейхельт – неисчислим перечень дельцов, которым деятельный Вальбер Париус щедро "отстегивал" куски от русской казны.

Каждая партия и группировка предлагала свою группу крейсеров и вернейшую комбинацию перепродажи их России. И каждая за труды и расходы получала заслуженные авансы. Особенно трогателен договор о выплате Флинту отступных в размере 1% стоимости всех кораблей за добровольный отказ от участия в сделке (чтобы дать ход другой более верной "комбинации"). Другой желал получить 5% от стоимости покупки, которая оценивалась в 56-60 млн руб. Было за что бороться комиссионерам, кишащим вокруг денег Вальбера, как пираньи вокруг добычи. На год с лишним "экзотические крейсера" не сходили со страниц мировой прессы. И еще 9 мая 1905 г. газета "Эхо де Пари" писала: "чилийские и аргентинские крейсера с самого начала войны занимают воображение журналистов: это какие-то корабли-призраки, которые ценой миллионов оспаривают друг у друга Япония и Россия. Десять раз их объявляли купленными; видели их и у берегов Африки, и в Тихом океане на пути к Рожественскому или Того.