— Да нет. Не надо!

— Участок у него самый браконьерский! Метеостанция… А это судмедэксперт — Анна Мурадова…

Под двору шла женщина, не спеша и мило размахивая сумкой на длинном ремне. На ней был традиционный туркменский наряд — платье «куйнек». Этакое среднеазиатское «макси». Во всем облике Мурадовой было какое-то удивительное плавно-ленивое изящество.

Тура вернулся к бумагам. Он весь ушел в чтение, когда Гезель вдруг сказала:

— Начальник областного управления приехал… Полковник Агаев.

Тура взглянул в окно, но увидел только машину — черную «Волгу» со шторками, доставившую высокого гостя. Он взглянул и в дальний угол двора, где был до этого рыжий рыбоинспектор. Того уже не было.

В коридоре послышались шаги, чей-то добрый знакомый голос произнес:

— Здравствуйте, Гезель… Где же он? Почему не встречает гостя? Не показывается?

Тура поднялся, пошел навстречу.

— Только не через порог… — Агаев уже входил в кабинет. Улыбающийся, красивый в своих полковничьих погонах на щегольски пошитой форме. Они обнялись. — Тура! Сапам! Как я рад! Сколько мы не виделись?

— Сто лет прошло!.. — Тура улыбнулся.

— Слышал я про твои беды, — Агаев потрепал его по плечу. — Ну что можно сделать?! Что мы в силах!

— Я знаю: ты ходатайствовал за меня! Писал! В МВД показали твое письмо Генеральному…

— Главное — ты здесь!

— Как Лора? Как девочка?

— Все в порядке! Я надеюсь, ты вечером их увидишь…

Открылась дверь, на пороге появилась Гезель:

— Товарищ полковник! Уже по вашу душу звонят… Как они узнали, что вы здесь?!

Агаев вышел в приемную, взял трубку. Голос был спокойный.

— …Ну, ничего-ничего… Я сейчас подъеду… — Он положил трубку, обернулся к Туре, вышедшему в приемную. — Митрохин разыскивает. Первый. Ты еще не был в обкоме?

— Нет.

— Он вызовет. Может, даже сегодня. Обстоятельный мужик. Знакомится с каждым… Значит, до вечера? Так, Тура?

— Может, завтра? Я ведь только появился. Не знаю ни обстановки, ни людей…

— Как тебе удобно… Мы на все согласны. — Агаев любил Туру, это было заметно. — Что же касается обстановки, Тура, то она тут… если честно, сложная. Общий заговор молчания. Система браконьерской мафии. Подпольная рыбозаготовительная индустрия. Ты приедешь, и я введу тебя в курс дел…

Тура шел по новому для него городу — все привлекало к себе его внимание.

И якорные цепи, подвешенные вдоль тротуара в качестве ограждения, и маленькие автобусы, похожие на похоронные, с черной полосой вдоль кузова.

И этот призыв краской на кирпичной стене, который он уже видел:

«СМЕРТЬ УМАРУ КУЛИЕВУ — УБИЙЦЕ…»

Под призывом, рядом с парикмахерской, сложа на груди руки, стоял пожилой человек в белом халате, седой и величественный, как артист-трагик.

Когда Тура подошел, парикмахер сказал ему радостно, словно старому знакомому:

— Пора! Пора ко мне! Мимо моего заведения никак не пройти, товарищ подполковник…

Тура улыбнулся и спросил:

— А откуда вы знаете, кто я?

Он хмыкнул:

— У нас город маленький, новостей мало. Вы — новый начальник водной милиции. Так?

— Ну, так.

— Позвольте представиться… Гарегин Согомонович Мкртчан, последний оплот капитализма в этом городе.