|
Вертухаи прибудут по расписанию, а до тех пор будут над нами отсвечивать, засаду искать. Эх, ещё полчасика у меня до кичи… Это само собой, конечно, сперва вертолёт покружит в окрестностях, на нем установлено оборудование куда мощней наших мобильных компов, и военные тщательно просканируют местность, прежде чем выйти на цель, то есть прежде чем явиться за нами. Машину мы не видели, но гул вертолётных винтов то и дело становился сильней, потом опять удалялся… Ну, я подозревал, что у военных имеются свои маленькие причуды… пусть развлекаются. Кстати, судя по помехам на мониторе ПДА, вертолётов было два. Вот это я и называю: серьезный подход. Десятью минутами позже я обнаружил, что у нас гости на земле. Три группы сигналов сходились к нашей площадке — три пары и одна тройка ярких точек. Вертолёты высадили десант. Сигналы медленно сходились к нам по довольно замысловатым траекториям. Потом на ПДА Дитриха упало сообщение: «Доктор Вандемейер, оставайтесь на месте. Ст. л-т Сивушов». Каждый развлекается по-своему, я-то думал, вертолёт опустится и возьмёт нас на борт… Дитрих ответил: «Ждём». Без пяти двенадцать военные вышли к нам. Одновременно с трех сторон, и тут же гул вертолёта стал явственней — машина также приближалась. Я спустился с бетонных плит, Вандемейер поднял руку и несколько раз махнул военным. Его оранжевый комбинезон отлично выделялся на сером фоне. Военные были экипированы по всем правилам, в броне, массивных шлемах и масках. Маски, впрочем, болтались под подбородками на ремешках. Более массивную снарягу я наблюдал разве что у долговцев. Оружия у военсталов было столько, что моему жалкому дробовику, ручаюсь, стало стыдно за неказистый собственный вид. И держали они автоматы обращенными к нам, только стволы опустили. Суровые ребята, просто загляденье. Офицер, рослый парень, представился: — Старший лейтенант Сивушов, первый отряд военных сталкеров. Доктор Вандемейер? Кто с вами? К моей радости, Дитрих не набросился на военного и не стал требовать отдать честь и назвать личный номер. — Я Дитрих Вандемейер, — потом кивок в мою сторону, — мой ассистент. Документы?.. Рыжий полез за пакетом с верительными грамотами, но Сивушов только рукой махнул — мол, не надо, все в порядке. Я протянул дробовик бойцу. Зачем мне оружие? Мы под охраной доблестных вооруженных сил. — А это пленный? Знакомая морда. Старлей потыкал пальцем в ПДА, подключаясь к базе данных… наконец объявил: — Чингаев Василий Георгиевич. Ого! Офицер улыбнулся. Впрочем, лицо, наполовину скрытое маской, от этого не стало приветливей. — Дорогой Василий Георгиевич… Слышишь, Чингачгук? Ты дорогой. За Василия Георгиевича нам положена премия. Доктор, вы сделали за нас работу, спасибо. Если могу чем-то отблагодарить, скажите. Вообще-то я бы предпочёл, если бы военные не стали пускать дело на самотёк, мол, «если могу чем-то отблагодарить»… Что значит «если»? Премиальные пополам — без всяких «если», это было бы по-товарищески. Но я помалкивал, да на меня никто и не глядел. Военные отлично понимали, кто я такой, и, если бы нам выпало встретиться в иных обстоятельствах, мне бы туго пришлось. |
