Саму фузею положил на край окна, упер приклад в вырезанный квадрат на мешке, подержал так несколько секунд и увидел, как на верхней части оружия загорелись четыре значка белым светом, два — сверху и два — снизу. Недалеко от приклада, на куске плоской поверхности, куда удобно достать рукой.

Все несложно, сверху слева светится знак одинокой черточки, справа — несколько черточек. В нижних значках слева — знак круга, справа — непонятный знак. Что-то вроде треугольника.

Нажимаю пальцем на одинокую черточку и значок становится ярче других, начинает выделяться даже при дневном свете. Думаю, что это вариант для одиночного выстрела, интересно, как же выполняется несколько выстрелов. Пожалуй, что просто с определенным промежутком.

— И, что же с тобой делать? — спрашиваю я в легкой растерянности. Разворачиваю фузею всеми сторонами к себе кручу вокруг оси, посмотреть, не вылез ли спусковой крючок откуда-нибудь.

Нет, не вылез. Значит, использовать необходимо имеющиеся значки.

Я боязливо протягиваю большой палец к горящему значку и, как только он плотно надавливает на значок, из дула выносится стремительная молния, мгновенно улетающая за горизонт.

Ну что? Что я говорил! Что, я опять — очень умный!

Навожу ствол поближе, на большой камень в полусотне метров и снова прижимаю, убранный в сторону после первого выстрела, палец. Молния мелькает и пропадает в камне, с этой стороны на нем видно отверстие примерно такого же диаметра, как и в стене башни.

Какой-то энергетический или плазменный заряд, пробивающий почти все в этом мире. Хорошо бы найти живую цель для испытаний, впрочем, волки очень для этого подойдут, можно приманить их мясом и поставить сторожок.

Только одна проблема, если все это проделать. как же прицельно стрелять по быстрым зверям. Они ждать не будут, пока ты все эти танцы с бубнами совершишь, горло сразу перехватят.

Я высунулся в окно, отклонив фузею в сторону, моих еще перед входом нет, дверь закрыта, к тяжелым шкафам, со стороны кухни притащенным, прислонена.

Прижимаю приклад, который совсем не похож на приклад, к мешку, нажимаю пальцем на нижний значок и жду, когда он станет светить ярче. Снова щелчок пальцем и штуковина загудела у меня в руках, стало сразу страшновато.

Вдруг я включил режим аннигиляции фузеи? Сейчас как взорвется и полечу в Храм, на восстановление.

Но я продолжаю крепко держать штуковину, направив ее в камень, рядом с тем, который прошил первый выстрел. Теперь с дула срывается заряд посолиднее, сразу становится как-то побольше в полете и мгновенно подлетает к камню. Не разбивается об него со взрывом, а впитывается и исчезает внутри, чтобы через долю секунды камень взорвался, с негромким хлопком, кстати.

Остатки камня стучат по стенам и двери, которая с шумом валится наружу, не перенеся аэродинамический удар. Я едва успеваю отскочить в сторону, оставив торчать ствол фузеи на улицу, как пара камней проносится через окно и стучит по потолку.

Снаружи раздаются крики моей армии и я, убрав хреновину на стол, выглядываю в окно.

Так и есть. Все герои разобрали баррикаду и выскочили на свет божий — отражать нападение на своего Повелителя. Так и стоят перед входом, вертя головами, и пытаются заглянуть за угол круглой башни.

Надо поработать с ними над тактикой и стратегией. если придется повоевать. А, ведь, придется.

— И чего вы выскочили? — лениво интересуюсь я, высунувшись подальше в окно, — Чего меня будите своими воплями?

Тут я не прав, бойцы самообороны не вопили без повода, отражали агрессию со стороны неизвестно кого.

— Так это! — Полдер, как положено необстрелянному бойцу, волнуется и частит, — Это, бабахнуло и дверь упала, мы за мечи, камни по стене простучали! Повелитель!

— Это я слышал. Вы то чего выперлись, может, на верную смерть? Постреляли бы вас, к чертям собачьим.