Ракс сжимает в руках копье, которое пригвоздило в земле одного из волков, еще живого.

— Ольг, возьми факел и проводи меня в Башню! — кричит Учитель и мы бежим наверх, светя друг другу и поднимается по лестницам. На верхнем этаже он подбегает к магическому столу, некоторое время ищет что-то на нем, подсвечивая факелом и начинает спускаться со словами:

— Она уже хорошо зарядилась..

Внизу он подзывает к огню обоих раненых и, обнажив места разрезов, проводит с каждым манипуляции непонятной штукой над местами ранения и раны, хорошо кровоточащие, затягиваются на глазах. Мужики стонут и норовят потерять сознание, похоже, что процедура болезненная, их по очереди поддерживает оставшийся невредимым человек из прислуги Фатиха. Потом я добиваю своим копьем раненого волка, и Слуга вытаскивает, фиксирующее того на земле, копье из его ребер, прихрамывая, подходит к Учителю. Он тоже ранен в бедро, которое все в крови, ложится на спину и получает сеанс целительной магии, потеряв сознание в конце.

Торм пока стоит на охране нашего разгромленного лагеря. Лучше нам было бы разместиться в башне, но я здесь новичок и не знал ничего, про то, как нападают полярные волки. Почему наши предводители не приготовились к такому развитию событий — я не понимаю. Мы могли и лошадь завести на первый этаж, разгрузить повозку и двери прикрыть, обороняться от таких быстрых зверей там гораздо легче.

Теперь понятно, что с ночлегами на улице придется завязывать, еще одна такая атака в темноте и никого из мужиков и Слуг не останется, даже возницу утащат, несмотря на его умение обращаться с мечом, которым он смог отразить нападение зверей со своей стороны.

Ночь проходит в тревогах, раненые спят около костра, Маги тоже, один я поддерживаю умение поиска и подкидываю до рассвета в костер сухостой. Пусть все выспятся и отдохнут, я свое доберу утром и на повозке, если мы тронемся отсюда.

Когда светает, я вижу трупы трех волков перед нами и еще одна туша валяется вдалеке, пожалуй, это тот, которого сбили с повозки. Мы ополовинили стаю, вроде их напало около восьми зверей, паре еще от меня хорошо досталось. Так что, одну атаку мы переживем и на открытом месте, но, очень этого не хочется проверять.

Поднимаются Слуга и возница, меняют меня на посту, раненые еще спят. Маги тоже встают и сразу уходят в Башню, продолжать разбирать найденное добро, я ложусь спать, изрядно вымотанный трудной ночью.

Будят меня уже к завтраку, когда светило поднялось. Все собрались вокруг столика и хлебают кашу с мясом и маслом, лица мрачные и уставшие, у Магов задумчивые.

Я подхожу к котлу, накладываю себе щедрую порцию и не спеша ем, подставляя лицо лучам Ариала. Слепит хорошо, я даже задумываюсь про изобретение солнцезащитных очков для этого мира, включаю орлиный глаз и аппетит у меня сразу пропадает. Когда, внезапно, могу разглядеть, на расстоянии сотни метров от нас, следы волчьей пирушки. Чертовы твари не потащили украденного мужика далеко, только скрылись из виду и сразу растерзали его.

Отставляю тарелку и отбегаю в сторону, думая, что меня вырвет. Но желудок успокаивается и я, смахивая слезы с глаз, возвращаюсь к кучке людей и нелюдей, не обращающих на мое поведение внимания.

— Что будем делать. Повелитель? — обращается, наконец, один из оставшихся мужиков к Учителю, — Что с нашими покойниками? И, к чему готовиться?

Фатих переглядывается с Тормом и, немного выждав, говорит:

— Нам нужно еще день провести здесь, самое малое. Значит, покойников хороним, хотя земля здесь трудная, каменистая и смысла особого нет.