— Когда я первый раз приглашал вас на ланч, — начал он, на миг отводя глаза, — я хотел обсудить не тот вопрос, о котором сейчас поведу речь, но к нему мы тоже вернемся. А пока я хотел бы спросить, не кажется ли вам, что Дэвида что-то тревожит.

Беззаботное настроение Лизы начало улетучиваться. Сложив руки на столе, она сказала:

— Я не совсем понимаю, о чем вы говорите. — Потом, решив, что не время юлить, добавила: — Вообще-то, да, иногда кажется.

Майлз шумно глотнул воды и посмотрел на свой бокал.

— Он обсуждал с вами то, что случилось в прошлый четверг, когда он застрял в поезде? — спросил он.

Она покачала головой.

— Практически нет, кроме ночи, когда это произошло. С тех пор об этом речь не заходила. Потому, наверное, мне не хотелось раздувать и без того неприятный случай. Но признаюсь честно, я чуть с ума не сошла от волнения, пока он не позвонил и не сказал, где находится.

— Мы все переживали, — уверил ее Майлз. Он несмело встретился с Лизой взглядом, потом опять отвел глаза. — Я делал запрос в «Фест Грейт Вестерн», — с трудом проговорил он. — Той ночью никаких задержек в туннеле Бокс не было. Все поезда прибыли в Темпл Мидс по расписанию.

Когда смысл его слов дошел до Лизы, она почувствовала, что проваливается в густой туман замешательства.

— Но зачем ему лгать? — спросила она, вглядываясь в глаза Майлзу, как будто он прятал от нее ответ.

— Не знаю.

— И где же он тогда был? — нервно спросила Лиза.

— Опять же, не знаю. Розалинд подслушала, как он говорил вам, что добрался к Ди на такси, но боюсь, что это тоже неправда. Он приехал на своей машине.

Лиза отпрянула, как будто Майлз ударил ее.

— Вы уверены? — спросила она. — То есть вы не говорите мне это, чтобы... Впрочем, не знаю, зачем вам выдумывать. Вы говорили Дэвиду, что проверили поезда?

Майлз покачал головой.

— Дэвид не из тех, для кого врать в порядке вещей, поэтому уличать его во лжи не самое приятное занятие. Мы должны верить, что у него есть веские основания скрывать правду; я надеялся, что вы можете что-нибудь прояснить...

У столика появился официант с едой, и Майлз оборвал фразу на полуслове. В голове у Лизы вихрем проносились самые разные мысли, но ни одна из них ничего толком не объясняла.

— Я не понимаю, зачем ему было лгать, — сказала Лиза, когда они снова остались одни.

Майлз вдохнул, как бы собираясь с духом, и сказал:

— Будучи довольно au fait, как обстоят его дела в профессиональной сфере, я склонен думать, что его беспокойство связано с личной жизнью.

— Например, с Лоуренсом или Розалинд? — спросила Лиза, заранее зная, что он имеет в виду другое. — Вероятно, вы правы.

— А может, с вами? — храбро выпалил он.

Заставив себя не уходить в защиту, Лиза проговорила:

— Но почему вы думаете, что я могу его беспокоить?

Майлз опять отвел глаза.

— Я должен объяснить причину, по которой приглашал вас на ланч первый раз, — сказал он, — потому что, судя по нашей беседе, Дэвид еще не говорил с вами об этом.

Чувствуя, как в ней с каждой секундой нарастает напряжение, Лиза молчала в ожидании, что он скажет дальше.

— Уверен, для вас не секрет, — начал Майлз, — что у Дэвида есть политические враги.

— Логично было бы предположить, — осторожно ответила она.

— Так вот, оказалось, что им удалось раскопать некие сведения о вашей связи с человеком, который, возможно, замешан в схеме отмывания денег.

Первые несколько секунд потрясение было настолько сильным, что Лиза потеряла дар речи. Потом, не зная, что еще сказать, она проговорила:

— Это была ошибка. Его отпустили, не выдвинув обвинений.