— Сколько у нас в итоге погибших? — хмуро осведомился он, когда я закончил.

— Шестеро. Остальных все-таки удалось спасти. Другие Управления, жители соседних домов и случайные прохожие не пострадали. Вы, к счастью, успели активировать защиту вовремя.

— Недееспособные? Калеки? Отстраненные? — словно не услышал он.

— Безвозвратно искалечили себя четверо, но одного еще можно вернуть на службу, хотя оперативником ему, к сожалению, уже не быть.

Выяснив имена и должности пострадавших, шеф черкнул что-то у себя в бумагах и снова повернулся ко мне.

— Образцы, я так понимаю, ты уничтожил?

— Само собой. Оставлять даже одну пробирку было чревато. К тому же моя Тьма настолько сильно стремилась избавиться от этой гадости, что даже праха от нее не оставила, поэтому парни из внутренней безопасности были крайне недовольны и сразу предупредили, что меня могут привлечь к ответственности за препятствование расследованию.

— В бездну пусть катятся со своими образцами! — неожиданно вспылил Корн. — Лучше уж не иметь образцов совсем, чем из-за чьей-то ошибки у нас потом весь город сляжет!

— Я им так и сказал. Только в более грубой форме.

— Да? — тут же успокоился шеф. — И что они на это ответили?

— Что накатают на меня рапорт… но слегка задумались, когда я посоветовал им сунуть этот самый рапорт под нос любому из лордов Искадо и заодно передать от меня большой привет.

— Значит, сегодня надо будет ждать официальной бумаги сверху, — понятливо кивнул Корн. — Ладно. Прикрою, не впервой. Что по поводу случившегося сказали жрецы?

— С настоятелем я больше не виделся. Но насколько мне известно, отец Гон и его братья весь день провели в лечебнице. Следили за больными. Изучали здоровых. Судя по всему, после уничтожения источника болезнь действительно ушла. По крайней мере, новых зараженных больше не было, старые все вылечились, и следов чужеродного воздействия в аурах пострадавших жрецы не увидели.

— Думаешь, это хаос? — быстро спросил шеф, зачем-то покосившись на закрытую дверь.

— Не сам, — задумчиво проговорил я. — Иначе последствия были бы не в пример хуже. Скорее, это была лишь тень, мимолетное присутствие… можно сказать, проверка. А что нас ждет дальше, даже предположить не берусь.

Корн замолчал, о чем-то напряженно размышляя, а я неожиданно вспомнил о важном деле:

— Шеф, а что будет с Орбисом?

— Почему ты спрашиваешь?

— Вы же понимаете, что виноватого все равно назначат. И самые неудобные вопросы начнут задавать именно ему, как ведущему целителю Управления, который допустил распространение опасной заразы. Несмотря на то что меры предосторожности он принял еще на том этапе, когда куклу переправляли в «холодильник».

Само собой, люди были в перчатках и в спецодежде, да и любопытных тоже сразу отвадили. А вскрытие проводилось в закрытом помещении со специально оборудованной вентиляцией, воздух в которой тщательно фильтровался и постоянно находился под воздействием очищающих заклинаний.

Шеф в ответ на мой вопрос недовольно наморщил нос.

— Самые неудобные вопросы достанутся как раз не ему, а мне. В том числе и на тему того, почему принятые нами меры оказались недостаточными. И вряд ли проверяющие удовлетворятся объяснениями, что с подобными тварями никто из нас раньше не встречался и на этот счет даже инструкций четких нет.

Я выразительно на него посмотрел.

— Тьфу на тебя, Рэйш, — с досадой отвернулся Корн. — Само собой, инструкции я напишу! Сейчас важнее понимать, как действовать дальше!

— Свой план я уже изложил, — напомнил я.