— Привет, Лямка, не знал, что вы знакомы, — выдал Моня с улыбкой, когда открыл воротину, — Заходите, хозяин уже ушёл. Твоё всё готово, я сейчас закончу уборку и выйду.

Я подошёл к верстаку, на котором лежал мой протез и оружие в одном наборе. Взял его в руку, покрутил, присмотрелся, прижал культёй к животу и попробовал вставить крюк. Тот вошёл плотно, сытый щелчок оповестил о том, что всё зафиксировано. Попытался пошатать, нет, хорошо сидит, крепко. Мне захотелось его надеть, но пока рано, обрубок ещё слишком свежий, нужно подождать, пока зарастёт. Повязки до сих пор приходится отмачивать тёплой водой, чтобы оторвать, из раны постоянно сочится кровь и сукровица.

— А как сменить насадку? — спросил я Моню, так и не найдя механизма, который отключает фиксатор.

— Да тут всё просто, — сразу подскочил тот с важным видом, — Вот эту трубку тянешь пальцами вверх и фиксатор высвобождается, а потом просто вынимаешь насадку.

— Сложновато для одной руки, — почесал я нос снятым крюком, — Ладно, привыкну. Здо́рово получилось.

— А то, — вскинул нос кверху Моня, — Кто подгонял!

— Неужто сам? — покачал головой я.

— Ну так, — похвалился он, — Ты где Лямку подцепить успел? — зашипел он мне на ухо, — Если с ней что случится, я тебя убью, понял?! Не вздумай с ней так же поступить.

— Как, так же? — громко спросила Лема, которая в этот момент подошла сзади.

— Да это я так, — начал юлить Моня.

— А ну выкладывай, Бугай, — стукнула она его кулаком в плечо, — Что вы от меня скрываете?

— Да ты чего дерёшься то? — сделал вид, что ему больно Моня и под шумок свалил подметать полы.

— О чём он? — строго спросила меня Лема.

— О Квиде, — честно ответил я, — Он винит меня в её смерти.

— Почему?! — она вонзила в меня свой взгляд, будто я в самом деле был в чём-то виновен.

— Я не знаю, — попытался я съехать со скользкой темы, мне от чего-то стало неуютно, — Я проиграл бой и её отдали Яргу, а затем уже узнал от Мони о том, что случилось.

— Она тебе нравилась? — прищурив глаза, спросила девушка.

— Ну, она милая, — смутился я.

— А ты оказывается тот ещё кобель, — захохотала Лема, а у меня отлегло от сердца, — Что же ты тогда краснеешь постоянно?

— А откуда ты знаешь Моню? — поинтересовался я, тем самым сменив неприятную тему.

— Руф часто заказывает у нас формы для отливки, а мой отчим иногда просит у него уголь для обжига, — охотно ответила Лема. — Моня добрый парень, помогает всегда, но у нас с ним ничего нет, — зачем-то уточнила она в конце.

— Так он что, тебе не родной отец? — ухватился я за новую информацию.

— Я не хочу о нём говорить, — девушка сразу же сделалась грустной. — Эй, здоровяк, ты долго ещё? Мы гулять хотим.

— Да ща, — отмахнулся Моня, — почти закончил.

— Мне бы вещи свои домой отнести, — сказал я.

— Значит, занесём, — кивнула Лема.

Вскоре я уже отдавал свои обновки на сохранность Скаму. В казарму заглядывать не хотелось, чтобы не попасть на глаза Молоту.