– Да, половину, без которой не обойтись. Вот скажи на милость, это тебе зачем? – Она взяла в руки розовый бинокль. – За птичками наблюдать?

– Вдруг нужно будет разглядеть что-то вдали, – не сдавалась Мэгги.

– Например?

– Ну, не знаю… Тропу? Обходной путь?

– Мы пойдем по строго определенному маршруту. У меня есть карта. У Лиз – компас. – Хелена поднесла бинокль к глазам и прищурилась. – У Фиби отобрала?

– А если и так… – призналась Мэгги. Она никогда не умела собирать чемоданы. Вещи дарили чувство безопасности; лучше взять побольше. Мэгги с недоверием относилась к людям, которые расхаживали с маленькими сумочками. Уж слишком они расчетливые и слишком собранные. Ее звездный час наступал, когда в ответ на вопрос: «У тебя случайно крема для рук не найдется?» – она, пошарив в сумке, извлекала из ее глубин тюбик, о существовании которого сама давным-давно благополучно забыла. «Держи!»

Так, соберись!

Хелена произнесла последнюю фразу вслух или Мэгги показалось? Голос подруги часто звучал в ее голове. У Мэгги давно вошло в привычку перед принятием трудного решения спрашивать себя: А как бы на моем месте поступила Хелена? Но поскольку в данный момент подруга стояла рядом, определить, какая Хелена – реальная или воображаемая – мгновение назад подала голос, не представлялось возможным.

– Оставляем? – спросила Мэгги, показывая упаковку пластырей с изображением Свинки Пеппы.

– Да. А с этим ты что собираешься делать? – спросила с недоумением Хелена, взяв в руки набор для ремонта одежды.

Мэгги пожала плечами.

– Вдруг порвется что-нибудь?

Хелена отбросила коробочку в сторону и скомандовала:

– Дальше. Господи! Книга-то тебе зачем?

– Ну, я люблю почитать перед сном.

– Ты, возможно, удивишься – я тоже. Вот только в «Шантараме» девятьсот тридцать страниц, и, судя по загнутому уголку, тебе осталось дочитать пятьдесят. В общем, Лин снова начал употреблять героин и закончил свои дни в опиумном притоне. Конец истории.

Мэгги прижала руки к груди.

– А где предупреждение о спойлерах?

Часть вещей они утрамбовали, часть подвергли конструктивным изменениям: отломили ручку у бамбуковой зубной щетки, освободили от упаковки горелку, вытащили влажные салфетки и запасные футболки. Хелена разрешила оставить две пары запасных носков. Никаких пижам. Запасные трусы. Три штуки. Запасной комплект термобелья. Хелена подошла к задаче со всем рвением. А Мэгги знала, что вовлеченная в бурную деятельность Хелена – счастливая Хелена.

Накануне вечером, когда Мэгги попыталась вернуться к разговору о результатах теста на беременность, Хелена сказала как отрезала:

– Никаких больше вопросов. Никаких многозначительных взглядов. Я не готова к подобным разговорам. У тебя было три минуты.

– Но… – попыталась возразить Мэгги.

– Никаких «но». Разговор закончен. Нам предстоит восхождение на горный хребет, и я пытаюсь сосредоточиться.

Больше они к этой теме не возвращались.

И теперь Мэгги не сводила с подруги глаз. Тысяча вопросов крутилась в ее голове: как Хелена себя чувствует, почему перестала предохраняться, какое решение…

– Держи, – вывела ее из состояния задумчивости Хелена, протянув рюкзак. – Пробуй.

Мэгги взвалила рюкзак на плечи. Он по-прежнему был тяжелым, необъятным и больно давил на спину.