– Сейчас попробуем ползти, хорошо?

Не обращая внимания на впивающиеся в колени и ладони камни, она медленно двинулась вслед за подругой.

Головокружение постепенно уходило. Последние лучи света тоже растаяли в спустившейся на горы темноте. В кромешной тьме девушки ползли на четвереньках под звуки ветра и собственного дыхания.

Поиски

Лайф остановился попить. Холодная вода остужает горло. Сердце грозит выпрыгнуть из груди, кровь пульсирует в висках. Ощущение его радует – в теле кипит жизнь.

До вершины Блафьеля осталось совсем чуть-чуть. Вокруг – безжизненные серые скалы. Из растительности только лишайник. Свирепый ветер умудряется налетать сразу со всех сторон.

На Блафьеле Лайф всегда чувствует себя неуютно. Есть вершины, которые он любит, где с удовольствием спит под звездным небом, думая, что парит в небесах. На Блафьеле же его всегда охватывает щемящее чувство одиночества. Гора часто притягивает к себе облака, которые шапкой накрывают вершину и закрывают обзор.

Порывы ветра не стихают ни на секунду. Волосы на руках стоят дыбом, причем совсем не от холода.

Вспоминаются сказанные когда-то шепотом слова отца: «тонкие места», «непознанное».

Когда Лайф был еще ребенком, отец рассказал историю об учителе, который каждый год летом водил учеников в горы. Однажды среди воспитанников оказался семнадцатилетний подросток, которого все знали как обладателя экстрасенсорных способностей. Учитель в подобную ерунду не верил, о чем потом очень пожалел. Парень на полпути к вершине остановился как вкопанный, посмотрел на пик и категорически отказался идти дальше. Сказал, что с этим местом что-то не так. Попросил учителя вернуться с детьми домой.

Учитель не поддался на провокацию, попытался заставить его продолжить путь. Мальчик наотрез отказался. Не помогли никакие уговоры, и второй учительнице пришлось вернуться с подростком домой. Мальчик умолял ее остановить остальных, но группа продолжила восхождение.

На звонок в службу спасения тогда ответил Кнут. В горах разразилась снежная буря. Всего за несколько часов выпало почти полтора метра снега. А дело было в июле, и ничто в прогнозе погоды не предвещало такого катаклизма.

Учитель с детьми попал в снежную ловушку на вершине горы. Все указатели замело снегом, и они заблудились. Спасатели, среди которых был и отец Лайфа, нашли их наутро живыми. Горе-туристы все сделали правильно, чтобы пережить непогоду, – построили из снега укрытие, сидели, плотно прижавшись друг к другу, разговаривали и пели песни, чтобы не уснуть, – однако пережили ужас, от которого не каждый оправится. И все хором уверяли, что первые снежинки были черного цвета.

Лайф сжимает кулаки и продолжает путь.

Глава 50. Мэгги

Они разодрали в кровь колени, запыхались, но преодолели злосчастный гребень.

Лиз сидела, запрокинув голову. Луч от налобного фонарика терялся в темноте.

– Ты как? – спросила Мэгги.

– Хорошо. Знаешь, я доползла только благодаря тебе…

Мэгги распирало от чувства гордости. Она-то была уверена, что переход ей не по силам. А она мало того что сама справилась, так еще и провела за собой остальных.

– Где хижина? – спросила Джони, обхватив себя руками, чтобы согреться.

Лиз поднялась и обвела лучом обочины тропы.

– Должна быть где-то здесь.

Ветер донес какой-то леденящий душу стон; через секунду все стихло. Ветер трепал волосы, проникал под одежду и заставлял ежиться.

– Что это было?

Подруги прижались друг к другу.

– Не знаю. – Голос Хелены дрожал от страха.

Стон повторился.

Мэгги обвела фонариком вокруг себя.