118

– Здравствуй, милый, – тихо проговорила Маруся, когда к ней вывели Топоркова.

– Здравствуй, милая, – ответил Топорков.

– Ну, как ты здесь? – Она осторожно дотронулась до его шеи.

– Нормально, – улыбнулся Топорков одним уголком рта.

– Мне тут рассказали… – начала было Маруся и запнулась. – Мне сказали, что ты… Ты Петя или… Впрочем, это действительно не важно, – твердо закончила она, словно обращаясь к самой себе. – Что же с тобой будет, Петенька? – прошептала девушка, прикасаясь горячими ладонями к холодным щекам Топоркова.

– Известно что – суд, – вздохнул Топорков.

– Это ужасно, – покачала головой Маруся.

– Это закономерно, – мягко возразил Топорков. – Другого финала и быть не могло.

– Но это еще не финал! – запротестовала Маруся. – Мы еще не знаем, чем закончится суд! Никто не знает!

– Я знаю, – со спокойной уверенностью ответил Топорков.

– И чем же? – затаив дыхание, спросила девушка, словно рассчитывала услышать в ответ неведомую тайну.

– Высшей мерой, – просто сказал Топорков.

– Ай! – негромко взвизгнула Маруся и закрыла ладонями лицо.

Топорков осторожно взял их и нежно поцеловал: сначала одну, потом другую.

– Все в порядке, Маруся, в порядке, – прошептал он. – Я знал, на что шел.

Маруся взяла себя в руки и, почти успокоившись, произнесла:

– Но неужели же непременно высшая мера?

– А как же! – протянул Топорков – и вновь улыбнулся: на этот раз широко и с неподдельной радостью. – Я ведь перебил весь цвет советского кино!

Маруся с силой обхватила Топоркова за шею – так крепко, что даже видавший виды пожилой надзиратель покачал головой и негромко хмыкнул в усы.