|
Братья постановили, что один из них совершит эффектное самоубийство, а другой после этого примется совершать еще более эффектные убийства… Признаться, я лично растерялся бы перед таким выбором. Что легче – убить себя или убивать других?.. Мне ведь, поверьте, Марусенька, никого еще не приходилось убивать. Вот все думают, что наша служба, как в песне поется, «и опасна и трудна». В моем, однако, случае никаких опасностей и трудностей покамест не было. То есть мне не то что в живого человека, даже в воздух по долгу службы ни разу не приходилось стрелять. Тренируюсь еженедельно по картонным мишеням – и только… Впрочем, речь не обо мне. Топорковы, короче говоря, тоже не могли вот так запросто решить, что легче. И бросили жребий… Леденящая история, не так ли?.. Вы, кстати, знаете, как звали второго братца?
Маруся невольно вздрогнула и машинально буркнула: – Не знаю… – Ну, это понятно, откуда ж вам знать, – протянул Жаверов. – Второго братишку звали Василий. Да, прямо как вашего дядю. Вот такие были близнецы-братья – Петя да Вася Топорковы… И, что самое любопытное, мы до сих пор не можем быть уверены, кто из братьев где – кто в могиле, а кто пока еще нет… Живой Топорков так и сказал: «Об этом я нарочно не скажу». Вот и гадай теперь, Петр перед нами или Василий… Впрочем, по большому счету это уже, конечно, не важно. Важно, что убийца пойман… В этот момент Маруся медленно встала со скамейки. – Что такое, Маруся? – Майор тоже привстал. – Прогуляться хотите? – Да, – кивнула девушка. – Одна, – добавила она, глядя прямо перед собой, словно никакого Жаверова рядом с ней и не было. – Хорошо, – покорно выдохнул майор. – Ну а когда мы снова увидимся? – Никогда, – сказала девушка так резко, что Жаверову показалось, что сам воздух перед Марусиным лицом оказался разрезанным. – Маруся, да что с вами сегодня? – пролепетал майор и попытался взять ее за руку. Девушка резко одернула руку: – Не прикасайтесь! И вообще не приближайтесь ко мне больше! Я никогда больше не хочу вас видеть, ясно?.. И слышать, – на всякий случай добавила она. – Как скажете, – угрюмо проговорил Жаверов. – Но объясните, пожалуйста, в чем дело… – Ничего я не буду объяснять, – бросила Маруся. – Прощайте! – И быстрым шагом пошла вперед. Майору показалось, что она идет как заведенная: будто пристально смотрит в какую-то далекую точку и целенаправленно спешит к ней. Некоторое время Жаверов как потерянный стоял на месте, провожая взглядом удаляющуюся красавицу. В конце концов не выдержал и бросился за ней вдогонку. – Маруся, постойте, постойте! – нагнал он девушку. Та не реагировала. – Маруся, да выслушайте же меня! Пожалуйста! Я прошу! Ничего не отвечая, Маруся продолжала чеканить шаги и смотреть прямо перед собой. Тогда Жаверов обогнал ее и внезапно бросился перед девушкой на колени, так что она чуть не перелетела через него. – Маруся, я люблю вас! – закричал майор на всю улицу. – Люблю! Люблю! Люблю больше жизни! Верьте мне! Вы для меня… – Отстань, ненормальный, – прошипела Маруся, беспокойно оглядываясь по сторонам. И, не дожидаясь, пока Жаверов встанет с колен, со всех ног бросилась от него прочь. Майор медленно поднялся. Вероятно, он снова бросился бы за ней, сделал бы еще одну попытку объясниться… Но то, что Маруся впервые обратилась к нему на «ты», почему-то так поразило Жаверова, что он уже не осмелился заниматься этим абсолютно безнадежным преследованием. |
