На корабле рождалась вера, но то была вера во что-то очень древнее.
Ему следовало отчитать Эсенци, объяснить, что светские истины стоят выше религиозных, но по кораблю бродили демоны, настоящие демоны, бросавшие вызов реальности и порождавшие мистический страх перед полузабытыми злобными богами.
Нумеон не стал углубляться в эти размышления. Нужно было искать Адиссиана — если он еще не погиб.
Адиссиан бежал, не разбирая дороги и не зная, в какой части корабля находится. Он бежал в слепой панике, повинуясь инстинкту.
Много раз он представлял, как воссоединяется с дочерью, особенно после того, как увидел ту девочку-беженку. Он сжимал истрепанные пергаментные страницы Лектицио Дивинитатус и молился об этом, без конца прокручивая в голове слова, которые сказал бы своей дорогой погибшей Мелиссе.
Он больше не помнил их и думал лишь о том, как убежать от призрака в облике его дочери.
— Папочка, папочка, папочка…
От гулкого голоса за спиной кровь стыла так, что Адиссиан едва не терял дар речи, и лишь непокорность и желание наказать существо, извратившее память о Мелиссе, придавало ему смелости.
— Замолчи! Ты не моя дочь… — всхлипнул он, заново переживая давнюю боль. — Мелисса мертва.
— Я здесь, папочка. Не уходи! Догонялки, догонялки!
Существо в плоти Мелиссы захихикало, и, когда Адиссиан повернул за очередной угол, пытаясь скрыться от этого звука, она поджидала его на следующем перекрестке.
— Трон… — Он споткнулся, перешел на нетвердый, словно пьяный шаг.
Пол качнулся, и его швырнуло в стену. Девочка же не сдвинулась с места и продолжала молча манить его.
Адиссиан скользнул рукой по панели доступа на стене, которая управляла входом в бараки корабельных бойцов. Он боялся даже думать о том, что тварь сделает с ним, если поймает. Ему нужна была помощь. Используя капитанские права доступа, он открыл замок, и дверь скользнула в сторону на несколько сантиметров, образовав щель, сквозь которую виднелась темно-красная комната, пропитавшаяся запахом пота и горячего железа. Затем дверь заклинило, а подняв взгляд, Адиссиан понял почему.
Над ним стоял Ушаманн. Его суровые черты исказились от напряжения, а глаза, обращенные к девочке, светились лазоревым.
— Жги колдунов! — захихикала она, стремительно приближаясь к ним.
— Нам с тобой надо уходить, капитан, — сказал Адиссиану Ушаманн, поднял руку, и девочка замерла, словно ее сковал психический лед. Обливаясь потом, Ушаманн закрыл за собой дверь барака, и Адиссиану стало немного спокойнее.
— Куда? — спросил он, зачарованно смотря, как извиваются конечности запертой девочки. — Неужели на корабле еще есть безопасное место?
Ушаманн скривился от мыслительных усилий.
— Я знаю одно. Следуй за мной.
Они двинулись по коридору. Адиссиан отвел взгляд лишь на мгновение, но, когда оглянулся, девочка уже исчезла.
— Она…
— Вернется, — сказал Ушаманн.
— Чего она хочет?
— Она голодна, капитан. Она хочет есть.
Глава 40
Либо мы, либо они
Вар’кир повел отряд из двадцати воинов Погребального Огня на нижние палубы корабля. Все их попытки вызвать корабельных бойцов обернулись неудачей. Вокс-связь с бараками была, но капеллану никто не отвечал.
Их атаковали. Опять.
Он не представлял, как врагам удалось проникнуть на борт и рассредоточиться по всему кораблю. Приборы не фиксировали никаких телепортационных сигнатур, бреши в корпусе отсутствовали. Значит, на корабле появилось что-то необычное, что-то таинственное и, без сомнения, связанное с варпом. |