– Мы едем на дачу к Заволжским, – спокойным тоном ответила она охраннику, – надеюсь, вы в курсе, что Марат Аркадьевич убит, и ведется следствие? – с этими словами она сунула ему в нос свое удостоверение частного сыщика, правда, не раскрывая его. Красная книжечка была удивительно похожа на полицейское удостоверение. И «аргус» тут же сдал позиции.

– Проезжайте, – вяло махнул он рукой в сторону поселка, открыл шлагбаум и, видимо, потеряв всякий интерес к посетительницам, вернулся в свою будку.

Въехав на территорию дачного поселка, Яна и Маргоша начали беспрестанно вздыхать и охать. Их давнишняя мечта – купить домик в каком-нибудь подобном поселке – яростно начала биться о стенки их нервной системы.

– Ты только посмотри, красотища какая, – обронила Яна, проезжая мимо шикарного коттеджа в три этажа, стилизованного под арабский дворец.

– Да что я, слепая что ли, не вижу, – буркнула Маргоша, открывая свое окошко. – Интересно, сколько стоят такие вот «дачки»?

– Можешь не сомневаться, у нас с тобой никогда денег на такие не хватит, – попыталась «приободрить» ее Быстрова, – думаю, не менее миллиона баксов.

– Всего-то? – удивила ее Пучкова.

– Ты шутишь, Марго? Или у тебя появилась идейка, где взять миллион долларов?

– Надо найти богатых клиентов, всего-то делов, – засопела Маргоша, протягивая из раскрытого окна руку и на повороте отрывая красную гроздь бузины. Зачем-то жадно понюхав гроздь, она мрачно вышвырнула ее из окна на дорогу. Настроение у Маргоши было паршивеньким.

– Богатых клиентов уже всех расхватали, – резонно заметила Яна, – а те, что обращаются к нам, что-то не больно щедры на гонорары.

– Это всё потому, что ты не просишь, а берешь то, что дают. Тьфу! – в сердцах сплюнула Маргоша. – Надо срочно повысить ставки. Хватит с меня твоего донкихотства! Я сама теперь буду вести первичные переговоры с клиентами. А ты расследуй себе на здоровье. Но только после того, как я возьму дело в свои руки. Иначе вечно будешь жить в московской пыльной двушке.

Яна не нашлась, что возразить подруге на столь страшное пророчество, и лишь кисло улыбнулась в ответ.

Тем временем домики стали почти не видны из-за густо разросшихся можжевельников и лиственниц, посаженных почти вплотную друг к другу вдоль заборов. А с другой стороны заборов кусты бузины, сирени, жасмина, акации и шиповника, переплетенные между собой в тугую живую изгородь, надежно скрывали от любопытных глаз основную часть дачных территорий.

– Стой, кажется, на предыдущей калитке было написано «пятьдесят»! – крикнула Маргоша, почти высунувшись наполовину из окна. – Проехали!

Яна резко затормозила, машину качнуло вперед, и Маргоша чуть было не вывалилась из открытого широкого окошка «Шевроле».

– Ты что, подруга, водить разучилась? – заворчала она было тут же, но так как Яна резко дала «задний ход», ей пришлось схватиться за ручку над окном и все внимание направить на то, чтобы не вывихнуть себе шею.

Яна бросила коварный взгляд на примолкшую ворчунью и заглушила мотор.

– Все, красавица, приехали! Надеюсь, ты уже продумала диалог с домработницей Заволжских? Или ты и с нее решила слупить гонорар?

Охая и сопя, Пучкова выкарабкалась из низенькой машинки, вылезла на дорогу, покрытую гравием с песком, и сердито поправила очки.

– Не волнуйся, я ее быстро прижучу, – грозно пообещала она и важно направилась к калитке, на которую свесила тяжелые ветки дикая яблонька.