— Драконы, драконы!

Надо было возвращаться к Гельвидиусу и Хелен. Анна с ужасом вспомнила, что Матиас вместе с другими кожевниками спал за стенами города в маленьких хижинах, ограда которых способна была остановить разве что коз, но никак не драконов.

Дракон поднялся выше и неторопливо развернулся, намереваясь еще раз пролететь над поселением. Анна подбежала к лежавшей на земле стремянке, схватила ее и, приставив к стене, полезла наверх. О Владычица, это было безумием, Матиас сказал бы именно так, но оттуда было лучше видно. Летящий дракон представлял собой более чудесное зрелище, чем даже дэймон в соборе Гента. Кроме того, девочка надеялась увидеть сверху кожевенные мастерские.

Она подпрыгнула и, зацепившись руками за бревна, вскарабкалась на стену. То, что она увидела, поразило ее еще больше.

Стража кричала:

— Драконы!

Но они не смотрели в небо.

Через лежащий в развалинах лагерь, соблюдая строгий порядок, ехали всадники в сверкающих бронзовых шлемах и золотистых накидках, на каждой из которых был выткан черный дракон.

Издалека донесся крик:

— Не открывайте ворота! Не открывайте ворота!

Из-под копыт коней сыпались искры. Пылали постройки у реки. Там находились и кожевенные мастерские. Анна закричала, указывая туда рукой, но ее никто не слышал.

Это не были «Королевские драконы». Под накидками девочка разглядела остатки полусгнившей плоти, сквозь которую просвечивали кости. Черепа смотрели пустыми глазницами, кожа висела клочьями.

Они приближались в безмолвии.

Она видела их в погребах Гентского собора. Это были останки «драконов». Какая ужасная магия заставила их подняться?

Ворота распахнулись, навстречу зомби высыпал отряд лорда Уичмана. Воины бросились в атаку.

— Анна!

Она чуть не сорвалась; крепко держась за стремянку, девочка осторожно спустилась.

— Анна! — Страх заставил Гельвидиуса передвигаться без палки. — Дитя! Дитя! Идем! Эйка атакуют! Идем в укрытие! Где Хелен?

— В зале. Еще спит. — Старик от страха заплакал. — Иди возьми ее и спеши в убежище, в башню. Поторопись, Анна, всем там места не хватит.

— Матиас!..

— Для него мы ничего не сможем сделать. Быстрей! Она побежала через двор. Мимо пролетел вращающийся огненный шар и плюхнулся в грязь — факел, брошенный из-за стены. На крыши обрушился огненный дождь. Большинство факелов падало на землю, и их затаптывали, но несколько соломенных кровель задымилось. Подбежав к дому Гизелы, Анна увидела, как племянница госпожи взобралась наверх. Взяв от другой женщины ведро, она вылила воду на крышу. Крыша соседнего дома уже горела, вокруг сновали люди с ведрами, пытаясь залить огонь.

Анна с трудом пробралась внутрь сквозь толпу беспорядочно метавшихся женщин и мужчин. Стол был опрокинут, собаки доедали разбросанные по полу остатки пищи.

Хелен забилась в уголок за камином. Анна схватила ее на руки и бросилась к выходу.

Выйти оказалось труднее, чем войти. Мэр и несколько его слуг устроили в дверях давку. Анна споткнулась и чуть не упала.

Она почувствовала запах дыма, затем до нее донеслись крики:

— Пожар!

Девочка побежала к окну в дальней стене. Ссадив Хелен на пол, Анна взобралась на скамью и кулаками открыла ставни. Подхватив Хелен на руки, она перелезла через подоконник и спрыгнула па землю. С крыши падали раскаленные угольки. Малютка заплакала. Анна не удержалась на ногах, но тут же вскочила и посадила Хелен к себе на спину.

Тонкие ручонки, обвившиеся вокруг горла, затрудняли дыхание. Во дворе царила сумятица. Анна проталкивалась к осадной башне. Складские помещения башни были забиты бочками с засоленным мясом, элем и вином, корзинами яблок и зерном.