|
Возможно, стоило бы просто последить за нужной квартиркой, в надежде, что «хахаль» рано или поздно появится здесь, но… Существовало слишком много «но». Заказчик мог и не появляться здесь, хотя бы из предосторожности. Они со Светланой могли, допустим, созваниваться. Или вообще воздержаться от переговоров во избежание отслеживания их связи. Разумеется, существует вероятность, что Светлана, узнав, что смерть бывшего супружника не состоялась, рванет к «хахалю» с требованием денег. Дура, наверное, именно так и поступит. Умная — нет. Если Светлана — дура, Игорю Илларионовичу не составит труда получить от нее нужную информацию и запугать, чтобы держала рот на замке. Если же умная — ему нечего терять.
Он поднялся на нужный этаж, постоял несколько минут на площадке, прислушиваясь к происходящему за дверью квартиры и к звукам подъезда. Гремела посуда, с рокотом катилась в трубах вода, этажом выше надрывался телевизор, пахло жареным и псиной. Если бы Родищев не имел дела с собаками, он бы не услышал слабого горлового рычания за дверью осокинской квартиры. Игорь Илларионович прищурился, пытаясь понять, что за пса мог держать Осокин. Скорее всего, что-нибудь крупное. Да и голосок у зверюшки соответствующий — низкий, бархатистый, мощный. Как будто завели хорошую иномарку. Судя по тембру, грудная клетка у пса широкая, глотка тоже. Ротвейлер? Впрочем, не только ротвейлеры могут так рычать. Был у него один пит — рокотал, как самосвал. В деле, правда, оказался барахло барахлом. Родищев нажал кнопку звонка, сцепил руки на животе, принялся покачиваться с пятки на мысок, насвистывая беззаботный, успокаивающий мотивчик. Звякнула утонченно-аристократически цепочка, щелкнул замок. В узкой щели появилось женское лицо. Надо признать, бывшая супруга «жертвы» оказалась вполне миловидной особой. Она взглянула на Родищева, и во взгляде, словно в калейдоскопе, мгновенно, чередуясь, отразился добрый десяток эмоций, от неприязни до любопытства. Впрочем, Игорю Илларионовичу было не привыкать к подобному отношению. Встречают-то у нас по одежке. — Добрый день, Светлана, — он церемонно наклонил голову, отчего тонкие редкие волосы упали на глаза. — Я к вам с поручением от вашего бывшего мужа, Александра Демьяновича Осокина. — Добрый. — Светлана оглянулась, автоматически поправила рукой незаконченную прическу. Мужчина он хоть и уродливый, а все равно мужчина. Тем более порученец. Мало ли что потом мужу ляпнет. — Но… видите ли… я пока… — Ничего страшного, — ободряюще улыбнулся Родищев. — Вы и так выглядите очаровательно. Не беспокойтесь, разговор предстоит недолгий. Пятнадцать минут от силы. Светлана улыбнулась в ответ. Любая женщина тает от комплимента, даже если он высказан таким уродом. Ну, или почти любая. Она скинула цепочку, приоткрыла пошире дверь. Чего ей было опасаться? Игорь Илларионович явно не тянул на супермена, да и пес все время под рукой. Родищев не ошибся — здоровенный ротвейлер. — Газ, сидеть, — скомандовала женщина и, повернувшись к гостю, сказала: — Вы уж извините, но у нас так заведено, я собаку не запираю, если в доме посторонние. — Ничего, ничего, — кивнул Родищев. — Все в порядке. У меня самого собака. — Правда? — вежливо поинтересовалась Светлана. Плевать она хотела на то, что происходит у гостя дома. — Простите, я прослушала, как вас зовут… — А я и не представлялся еще, — ответил Родищев. — Меня зовут Игорь Илларионович Родищев. — Проходите в комнату, Игорь Илларионович. — Благодарю. Родищев не заставил просить себя дважды. Сопровождаемый хозяйкой и псом, он прошел в гостиную, огляделся: — Богато живете, Светлана Владимировна. |
