— Если, — вздохнув, поправил негромко Гордеев.

— Чего «если»?

— «Если вернусь».

— Да ладно, не паникерствуй, — бодро ответил капитан. — Все будет нормально. Это ж не хухры-мухры, целый БТР пропал. Рано или поздно нас хватятся. — Гордеев невесело усмехнулся. — Сейчас отыщем, где тут медпункт, зафиксируем тебе плечо, и вообще все пойдет как по маслу.

Что-то грохнуло о зарешеченное окно. Загудела решетка. Капитан обернулся.

— Это еще что за… — пробормотал он.

— Они пробуют на прочность решетки, — пояснил Гордеев.

— Ничего себе, — изумленно сказал капитан. — Но решетки-то они не выбьют?

— Решетки — нет, — ответил Гордеев.

— Ну и ладушки, — кивнул капитан. — В таких школах на первых этажах все окна зарешечены. У меня дочка в такой учится.

— Во-первых, в пристройке окна зарешечены только в физкультурном зале и столовой.

Капитан подумал.

— Точно. Но там окна высокие. Да и проникнуть через них можно только в кабинеты, а они наверняка заперты. Так что с этой стороны опасность нам не грозит. Можем спать спокойно.

— Во-вторых, — продолжил терпеливо Гордеев, — как быть с переходом?

Капитан оглянулся. Фактически переход представлял собой одно большое окно. В огромных, от пола до потолка, стальных рамах крепились внушительные стекла. И, разумеется, никаких решеток на них не было. Очевидно, администрация школы полагала, что здание стало бы слишком похоже на спецучреждение для малолетних преступников.

— Думаешь, у них хватит ума?

Загудела от удара вторая решетка. Гордеев указал на окно.

— Это только вопрос времени. Так что лучше отправить детей наверх.

— Нет, — капитан покачал головой. — Если уж они додумались окна выбивать, то, боюсь, придумают и как двери вынести. — Он подошел к окну, осмотрел двор. — Скажи мне, друг, ты в собаках разбираешься?

— Немного, — ответил Гордеев.

— Тогда скажи мне, чего эти твари никогда не умели, не умеют и чему никогда не научатся?

— Читать и сочинять стихи, — мгновенно ответил тот.

Капитан коротко хохотнул.

— Молоток. Но я не это имел в виду. Пошли, поищем медпункт, заодно поглядим, что в этой школе имеется из горючесмазочных материалов. Проинспектируем их склад ГСМ, так сказать.

— Хорошо, — согласился Гордеев. — Только мы потратим гораздо меньше времени на поиски, если спросим об этом Анну Андреевну.

Полевой штаб и лагерь для беженцев разбили на окраине Красногорска. Людей свозили со всей Москвы и размещали в школах, больницах, клубах, кинотеатрах, словом, везде, где можно было разместить койки или раскладушки и где можно было оказать первую медицинскую помощь. И куда пока еще собаки не добрались. Территория патрулировалась БТР. Небо бороздили военные вертолеты. В широкой вместительной палатке собрался весь цвет силовых министерств.

Поляков никогда не думал, что ему доведется увидеть всех этих «тузов» разом, причем не на экране телевизора и не на страницах газет, а живьем. По всем законам логики и субординации его в этой палатке быть не должно. То, что он здесь, — следствие принятых им решений. Решений, которые, Поляков на это наделся, переломили ход событий. Оценить этого сам он уже не мог. Все оперативные сводки шли теперь через начальственные руки.