Крутохвостов вызвал начальника аналитического отдела, отдал ему трубу на экспертизу, потом велел найти Шорохова и Неволина, людей которым нечего было терять, и которые способны были исполнить зародившийся у него план.

Доктор Стиплер занимался сексом.

Медсестра Василиса была поставлена в позицию номер два – локти уперты в банную полку, круто оттопыренная попка для удобства задрана кверху и подана непосредственно к рабочему агрегату старшего начальства.

Стиплер дергал задницей с все возрастающей амплитудой, на выходе вынимая член практически полностью, затем до отказа вдвигая его. Бешеный темп свидетельствовал о том, что он близок к финишу. Ягодицы его хаотически подергивались, и вторая медсестра, Ольга, сидящая рядом на полке, успокоительно поглаживала их. Ротик ее, находящийся на одной линии с пульсирующий попкой Вассы, был волнующе приоткрыт и готов принять в себя продукты активной жизнедеятельности доктора Стиплера, производство которых тот вымучивал вот уже пятнадцать минут.

Наконец Стиплер торопливо вынул парящий агрегат, но сестричка с визгом вдруг прыснула в сторону.

– Куда ты, дуреха? – завопил Стиплер, с огромадным трудом сдерживаясь и поведя вслед за глупой своим изготовленным к стрельбе орудием, но ему не дали даже сдвинуться с места.

Руки доктора оторвали от их покрасневших следов на крутых боках Василисы и, заведя за спину, защелкнули наручники, раскаленные в бане до ста градусов.

Доктор оглянулся и весь его мужской цвет мгновенно увял. За спиной стояли двое мужчин в набедренных повязках, наспех сооруженных из роскошного банного полотенца доктора.

– Снимите кандалы, они же жгутся! – взвился Стиплер.

Его толчком усадили на полку.

– Ты готов говорить? – спросил Шорохов, бросая жадные взгляды на женщин, которые чувствовали себя настолько привычно, что даже не прикрывались.

– Что вам нужно?

– Нам нужны списки вахтовиков, проходивших комиссию 17 октября.

– Вахтовиков? Из-за этого вы сюда приперлись? – удивился доктор. – Обращайтесь в регистратуру.

– А нам в ваш центр нельзя, а сюда, в баню, можно, нам так сказали, – скромно пояснил Неволин.

– Я то тут при чем? Думаете, я все на память помню?

– А вы позвоните!

– Регистратура по телефону справок не дает, даже мне! – гордо заявил Стиплер.

– Что-то пар спадает, – озаботился вдруг Шорохов. – Плесни-ка на каменку.

Неволин вальнул целый ковш, породив настоящий гейзер, парилку заволокло туманом.

Стиплер завопил, дергая руками внутри раскаленных колец.

– Что там положено при ожоге второй степени? – поинтересовался Шорохов.

– Мазь "Спасатель", – автоматически ответил доктор.

– А при третьей? – усугубил майор.

– Дайте мне трубку! – заорал Стиплер.

Его вывели в предбанник и, наконец, сняли наручники, от которых остались пузыри на коже.

– Доктор, вы, когда белый халат будете надевать, рукава не закатывайте, чтоб людей не пугать, – посоветовал Шорохов.

Стиплер позвонил в регистратуру, назвался и попросил требуемые данные. И его постиг ожидаемый облом.

– Такие справки не даем. Если нужно, приходите сами.

– Нина, ты чего городишь? Ты соображаешь, что сейчас отказываешь зав отделением?

– Да хоть самому Рахитову.