– Замучены, значит, – задумчиво проговорил Шерхан.

Он вызвал Савосту, который был с ним еще с тех времен, когда он только начинал, угоняя и перепродавая тачки. Савоста уже тогда был в возрасте, теперь его разнесло, и он стал похож на пивную бочку. Но впрочем, это был здоровый кряжистый мужик. Как раз, какой теперь и нужен.

– Едавкин появился? – спросил у старого дружка Шерхан.

– Не было. Пацаны говорят, он вчера к племяшу собирался, к Зубу. Больше они его не видели.

– А Зуб что?

– Ничего. Его тоже нет.

Шерхан задумался.

– Ты вот что. Узнай адрес Зуба и съезди, навести племяша.

– Может, ему позвонить?

– Никуда звонить не надо. Проверить надо по-тихому. Один съезди.

– Ты же помнишь, я за руль никогда не сажусь. Помнится, ты у меня завсегда за баранкой был, – Савоста панибратски усмехнулся и осекся, столкнувшись с бешеным взглядом главаря.

– Чего ты мне тут городишь? – заорал Шерхан, так что даже охранник заглянул в дверь, но впрочем, узрев разбор, счел за лучшее исчезнуть. – Ты мне о старой дружбе даже не упоминай! Хочешь послабление себе выбить? Шиш тебе, понял! – он сунул фигу ему почти в лицо.

– Да понял, я понял, – попятился тот. – Ты чего так завелся, босс? Я же ничего. Я готов делать, что скажешь.

Но в дверях Шерхан остановил его.

– Прости, братан, я тут напустился на тебя. Ты лучше возьми себе водилу, не хватало еще, чтобы ты на перекрестке врезался. С места сразу отзвонись.

– Лады, – обиженно буркнул тот.

Водилой он взял Базлова и в машине пожаловался:

– Я за него срок тянул, а он теперь орет, даже не упоминай! А я ведь брателла на раз мог его заложить. Слабый он был, опустили бы и всего делов. Мне самому один раз чуть дымоход не прочистили отморозки. Пришлось валить одного, другие сами разбеглись.

– Тебя чуть не опустили? – развеселился Базлов.

– Скажешь кому, на чертовом колесе посажу кататься. В парке утопленников.

От упоминания о страшном месте Базлов содрогнулся и больше не вякал. От "Мадраса" до элитного дома, где проживал Костя Зубов, было всего десять минут езды. Когда подъехали, Савоста дал последние цэу.

– Сиди тут и жди. Я поднимусь в берлогу и если все нормально, махну с балкона, – он показал на балкон на седьмом этаже, и ему сразу показалось, что некто стоящий у окна прянул вглубь. – Ты ничего не заметил?

Однако Базлов смотрел в другую сторону. В магазинчике самообслуживания имел место быть небольшой скандал. Там собралось несколько человек, охранник, несколько случайных свидетелей-покупателей и грудастая кассирша. Вот бы вдуть ей, рационально подумал Базлов. Дать почитать ей тату на члене, на котором была отмечена глубина погружения.

– Ты сюда слушай, придурь, – вернул его к действительности голос Савосты.

– Я все слышу. Только не понял, на хера с балкона махать, если можно спуститься.

– Если можно, то я спущусь, а остальное не твоего ума дело. Ты тут ушами не хлопай, зырь в оба глаза.

Базлов и зырил. На грудастую кассиршу. Они приехали на джипе, но Базлову были до фонаря шикарный салон, что до мощной акустики, то он музыку даже не включал.

Даром не нужна была. С таким же успехом он мог прокатиться и на уазике, лишь бы ехал.

Скандал в магазине разрастался, и Базлов по-настоящему увлекся.