Именно в этот момент и не секундой раньше, он и понял, зачем его вызвал президент. Он даже знал, какие тот назовет имена. Он рад бы ошибиться, потому что эти имена означали для него крутые как Джомолунгма проблемы, грозящие перевернуть всю его жизнь.

На приеме в посольстве США по случаю назначения нового посла, Темнохуда отозвал в сторонку 2-й вице-консул Энди Босли и завел разговор ни о чем. Темнохуд любил с ним общаться, несмотря на то, что просматривалось невооруженным взглядом, что парень подрабатывает на американскую разведку. Босли чудесно говорил по-русски и знал кучу новых анекдотов. Одновременно в силу специфики своей тайной профессии был прекрасно осведомлен о фондовом рынке и пару раз, между прочим, толкнул Темнохуду довольно важную информацию, на чем тот неплохо заработал. В общем, это был шустрый парень. Именно поэтому Темнохуд должен был бежать от него как от огня, но не успел.

– А вот и наш идейный борец с Гринписом, – воскликнул Босли, чрезвычайно ловко выудив из толпы снующих персон лощеного улыбчивого мужика без каких-либо следов возраста на лице.

Он напоминал педика, ему б парик на голову, сошел бы и за женщину. Тоже без возраста.

– Позволь представить тебе. Алекс Вега, один из членов совета директоров корпорации "Делейни". Слышал про такую? Это небольшая контора по переработке мусора, – хохотнул Энди.

Он сильно преуменьшил масштабы конторы. Корпорация "Делейни" славилась прожорливостью на международном рынке, узурпировав экономики целых государств.

Она умудрялась продавать однотипные товары на рынках самих производителей.

Например, в России компании "Умхальтер" и "Спилер", являясь дочерними филиалами мегакорпорации, сумели потеснить отечественные Калашниковы и БТРы. Это была обширных размеров дойная корова, на которую работало полмира, и люди которым посчастливилось ее доить, при жизни жили в раю.

Алекс Вега был одним из них, входил в десятку богатейших людей планеты. Члены правительств сверхдержав дорожили знакомством с ним. Он был деловым человеком, если считал за нужное с кем-то свести близкое знакомство, это было равносильно тому, что вас поцеловал бог. Все это знали, и многие бы отдали полжизни за то, чтобы оказаться на месте Темнохуда. Он поймал напряженный взгляд вице-премьера Шумейко, которого прочили на место Рубина, после окончания второго срока.

Скажем так, напряженный. Хотя взгляд можно было охарактеризовать, как злобный.

Злющий. Вредный. Так кот смотрит с пола на колбасу, которую ест хозяин, которую по справедливости принадлежит ему по факту рождения.

– У меня к вам деловое предложение, мистер Темнохуд, – сказал Алекс Вега, с разрешения Альфреда Леонардовича, перейдя на английский.

Для Темнохуда язык был почти что родной, он начинал свою трудовую деятельность в Нью-Йорке и успел смыться из обреченных башен всего лишь за пару недель до того, как они стали мишенями. Тогда он считал это знамением того, что ему предстоит многое совершить и горы свернуть, теперь он так не думал.

– Вам принадлежит порт в Алге, мне нужны ворота в Россию с последующим транзитом в северную Европу. Как вы смотрите на то, чтобы стать единоличным транспортным партнером корпорации "Делейни" в странах пост советского пространства?

Оставшийся в Темнохуде бизнесмен восторженно замер. Дело пахло баснословной прибылью, генеральный транспортный партнер автоматически становился членом совета директоров корпорации. Это совершенно другой уровень, это вам не двадцать потных английских футболистов купить. Это деньги, которые невозможно потерять ни при каких обстоятельствах и которые приходят навсегда.

– Я понимаю ваше сомнение, – продолжил Алекс Вега, по-своему истолковав его молчание. – Мы изучили состояние дел портового хозяйства.