— С тобой простой жизни не дождешься. Ты заметила, что я еще не поцеловал тебя?

Конечно, как заметила и то, что он буквально раздевает ее глазами.

— Тебе-то уж точно монашеская ряса не подойдет!

Кайл опять оглядел ее с головы до пят.

— Да, мои мысли слишком о земном, — смиренно подтвердил он.

— Так мы идем или нет? — занервничала она.

...Сидя в лодке, направляемой уверенной и твердой рукой Кайла, Нелл, забыв обо всем (кроме того, что они — вместе!), любовалась сверкающей под солнцем водой, взбиваемой резвым винтом в пенные буруны и разлетающейся миллионами радужных брызг всякий раз, когда нос лодки рассекал очередную волну. Стрекот мотора и плеск воды все равно не дали бы поговорить, и, радуясь отсутствию необходимости спрашивать и отвечать, Нелл — впервые за последние сутки — почувствовала себя спокойно.

Красное озеро — конечная цель их семимильного путешествия — лежало, как в медной чаше, между рыжими, в хвойных лесах, холмами. Лишь в одном месте цепь холмов прерывалась и в разрыве вставали суровые серые скалы, с вершин которых устремлялись вниз, к озерной глади, водопады. Один из них, самый большой, заворожил Нелл своей мощью. Его струи, как длинные гибкие пальцы, протянулись к озеру, словно пытаясь коснуться напитанной им, водопадом, прозрачной толщи.

— Ты еще познакомишься с ним поближе, — пообещал Кайл, причаливая к каменистому берегу.

Нелл помогла ему вытащить лодку из воды, оказалась при этом к нему чересчур близко и, будто обжегшись, отпрянула.

— Я же сказал, что не трону тебя. — Его задела такая поспешность.

— Все ужасно глупо, — пробормотала она смущенно.

— Разве? Оглядись, Нелл. Вокруг ни души. Я мог бы сейчас расстелить куртку на камнях. Они нагрелись на солнце, и, когда я прижму тебя к ним, тебя согреет двойное тепло... Скажи мне, что ты не думаешь о том же.

— Только не так поэтично. — Нелл ощутила предательскую дрожь в коленях. — Я подумывала, не сорвать ли с тебя рубашку.

Их желание было обоюдным, и оба знали об этом.

— Ты не перестаешь меня удивлять, — сказал он охрипшим вдруг голосом. — Если нужен повод раздеться, нам лучше подняться к водопаду.

Она боялась, что и на ровном месте не устоит на ногах.

— Здесь нет ни одной тропки. — Нелл с сомнением глянула вверх.

— Мы проторим свою. — Кайл явно вкладывал в простые слова двойной смысл.

Они начали восхождение. Ноздри щекотал терпкий запах можжевельника; Нелл ступала то по мягкому мху, то по обманчивой шершавости гранита, обходя цветные пятна голубых колокольчиков или розовых лесных орхидей. Все явственней и ближе становился гул водопада, притягивая ее как магнит, заставляя ускорять шаг. Она оглянулась на Кайла и увидела, что он сильно отстал. Нелл решила подождать его и, стараясь не оглядываться больше, принялась с преувеличенным интересом изучать Моховой узор под ногами.

— Нечего меня ждать, — услышала она над собой и, посмотрев на Кайла, заметила капли пота на высоком лбу. — Дойду, никуда не денусь. Рано или поздно!

— Я и не ждала... — начала было она.

— Только не ври! — остановил он ее. — Было время, мы с Денни запросто отмахивали по пять миль в гору. Такой подъем был для нас пустяком, а теперь я еле карабкаюсь и дышу, как загнанная лошадь. — Он обеими руками взъерошил густые волосы. — Понимаешь, о чем я, Нелл? Я гордился своим телом, его силой. Мне невыносимо мре нынешнее состояние!

Нелл заговорила, стараясь, чтобы до него дошло каждое слово:

— Кайл, ты мог погибнуть, спасая Денни, но, к счастью, выжил! Ты жив, и светит солнце, и шумят водопады, и ты привел меня сюда. Здесь так потрясающе красиво, что мне хочется плакать, — ее голос дрогнул.