— Выходит, не всяким секретом надо делиться, — сказала она, ничуть не заботясь о том, чтобы скрыть свою горечь и боль. — Я проговорилась и оттолкнула тебя.

— Все не так. — Кайл покачал головой. — Я польщен и горд, что из всех мужчин ты выбрала именно меня. Но мой внутренний голос, к несчастью, трезвее и мудрее, чем я сам, и он говорит: «Береги и берегись, Кайл! Не делай того, о чем потом пожалеешь...»

— Ты придаешь такое значение сексу?

— Сексу? — повторил он со странной интонацией. — Это слово мало подходит к нам с тобой, Нелл. Я говорю не о сексе, а о любви, и это, как ты понимаешь, большая разница.

— Но это, как бы оно ни называлось, по-прежнему важно для тебя?

— Разумеется! Только ты для меня важнее.

— Слава Богу, — облегченно выдохнула она. — Я боялась, что ты меня больше не хочешь.

Он через силу улыбнулся.

— На этот счет можешь не сомневаться. Но, видишь ли, в чем дело... У тебя это будет впервые, и твой первый опыт должен быть безупречен. Все должно быть по-настоящему красивым.

— Красивым? — переспросила она.

— Да... Во всяком случае, не наспех, по дороге от одного дома к другому.

— Вот ты, значит, какой. — Нелл приблизилась к нему почти вплотную. — А мне почему-то кажется, что, где бы и когда бы мы ни занялись любовью, это будет просто прекрасно. — И она ослепительно улыбнулась ему.

Он припал к ней, ждущей и зовущей, в долгом поцелуе.

— И все-таки, — проговорил он, лаская губами нежную голубую жилку на шее Нелл, — нам следует быть осторожнее...

— Да... — согласилась она, обвивая руками широкие плечи. Сейчас ей было гораздо лучше, чем десять минут назад. Кайл рядом, и он хочет ее!

Быть осторожнее — легче сказать, чем сделать. В последующие два дня Нелл и Кайл старались ничем не выдать себя и бушующее в обоих пламя, но, похоже, обмануть Конрада и Элси не удалось — слишком очевидной была их тяга друг к другу.

Во вторник после обеда Кайл уговорил Нелл отправиться в магазин, чтобы купить все необходимое для шоколадного торта, который Кайл вознамерился приготовить без помощи женщин.

Первой, кого они встретили в магазине, была Элли Джейн собстренной персоной. Ее глазки светились любопытством, голос прямо-таки сочился елеем, пока она мучила Нелл своими бесконечными расспросами, на которые та отвечала, призывая все свое терпение. Наконец Нелл удалось-таки избавиться от приставучей Элли Джейн, и она присоединилась к давно ретировавшемуся Кайлу, отыскав его у прилавка с фруктами.

— Ты струсил, Кайл Маршалл. — Нелл изобразила презрение.

— Эта дамочка пострашнее снайперской пули. — Кайл скорчил гримасу и попытался поскорее переменить тему. — Я не говорил тебе, что я классно жонглирую? — И он, взяв с пяток апельсинов, начал жонглировать ими довольно ловко, высунув от усердия кончик языка.

Звонкий смех Нелл снова привлек к ним Элли Джейн, которая тут же возникла в двух шагах от них, и импровизированные шары так и посыпались из рук Кайла. На этот раз, впрочем, он решил не отступать и поддразнить любопытную проныру: на глазах у нее поцеловал Нелл так, что захватило дух, и спросил низким бархатным голосом:

— Готова, сладкая?

У Элли Джейн отвисла челюсть, и Нелл, от души наслаждаясь ее растерянным, почти испуганным видом, кокетливо вильнула бедрами.

— Готова к чему?

— Шоколадный торт, Нелл, — назидательно напомнил Кайл. — Мы ведь для этого сюда пришли.

— Ах, торт... — разочарованно протянула Нелл и повернулась в его руках, случайно или намеренно прижавшись к нему напрягшейся грудью. — В таком случае нам понадобится сода, чтобы торт как следует поднялся.