– Я тоже, – прошептала Птица. – Ты самая умная, кроме моих мамы и папы. И хранительницы, – рассудительно добавила она.

– Спасибо, – ответила Звезда. – Но какая польза от того, что мы знаем, в каком направлении идем? Мы все равно ничего не можем сделать.

Пламя коснулась руки Звезды.

– Я уверена, когда наступит время, мы что‑нибудь придумаем, – сказала она со своей характерной твердостью.

– Может быть.

Звезда легла, закуталась в тонкое одеяло и закрыла глаза. Неожиданно Мышь услышала мысли Звезды.

Такое с ней случилось впервые. Раньше она слышала только маму. А сейчас она словно проникла к Звезде в голову и слилась с ее мыслями. Девочки слишком надеются на ее советы и предводительство, а она чувствует себя такой маленькой и одинокой, не способной им помочь. Мышь легла рядом со Звездой, прижалась к ней и накрыла их обеих своим одеялом. Дети очень быстро поняли, что такая близость дает дополнительное тепло, а ночи все еще холодные.

– Я помогу, Звезда, – очень тихо сказала Мышь. – Мы все поможем. Не волнуйся. Ты не будешь одна.

Звезда только вздохнула. Может, уже засыпала. Рядом остальные девочки тоже укладывались парами, как Мышь и Звезда, пытаясь получше укрыться неподходящими для такой погоды одеялами. Птица и Пламя уже уснули, но Шепелявая и Сверчок толкались и жаловались на камень, который впился в бок сначала одной, потом другой. Наконец Сверчок села, поискала вокруг, нашла этот камень и бросила его в сторону, но не в направлении светловолосых стражников.

– Вот, – с отвращением сказала она. – Младенец.

Хорошо, что мы за тобой присматриваем.

Шепелявая ничего не ответила, но Мыши показалось, что она всхлипнула. Шепелявая больше всех ее беспокоила, и Мышь знала, что остальные четыре девочки считают так же.

Ну почему они оказались во власти этих страшных светловолосых солдат, а не в безопасном Месте Мудрости, где они должны учиться волшебству? Почему Мышь невнимательно слушала Пчелу, когда та говорила о волшебстве по дороге в город Эс?

Звезда сказала, что они идут на север. Мышь с замирающим сердцем подумала, что там страна, в которой еще больше светловолосых, что они приближаются к их родине – Ализону. Она надеялась, что туда еще неблизко, потребуется много дней. Все, что угодно, лишь бы затянуть время, пока она не узнает, зачем она и ее сестры нужны незнакомцам и что с ними намерены сделать.

Глава 21

Приблизившись к основаниям гор, преграждавших путь, отряд еще больше замедлил скорость продвижения. Красновато‑коричневая почва сменилась красно‑рыжей, цвета засохшей крови. В почву как будто столетиями закапывали гнилую растительность или что‑то еще похуже, хотя ни один сельскохозяйственный инструмент этой почвы не касался. Растительность снова стала серо‑зеленой, хотя выглядела болезненной и совсем не походила на ту, что окружает город Эс.

Нечистая, думала Мышь. Вся эта земля какая‑то нечистая, больная. Мне здесь не нравится.

Кто‑то далеко завыл, и тощие белые собаки подняли морды и завыли в ответ. Солдаты торопливо посадили их на поводки, а собаки прыгали, натягивали поводки, старались убежать и преследовать зверя, звавшего их.

В воздухе запахло влагой, хотя Мышь инстинктивно почувствовала, что это запах не моря, а чего‑то гораздо более страшного. Пахло так же, как выглядела местность, – скверно и нечисто. Несколько дней подряд по утрам они ехали в тумане, который потом неохотно рассеивался, как будто обладал собственным разумом и не приветствовал пришельцев. Туман окутывал края холмов и катился по земле, как беззвучные серые волны. Он клубился у ног лошадей, и путники продвигались еще медленней. Лошади словно шли по стоячей воде, ощупью находя путь в этой безрадостной местности.