Хабр уже сидел рядом, хвостом заметая пол. Оторванный лоскут он положил к ногам хозяйки. Яночка с братом одновременно наклонились над ним.

— Похоже, Хабр выдрал клочок одежды у вора, — предположил Павлик, ногой расправляя отодранный лоскут. — Вроде карман.

— Точно, карман! Хабр отодрал ему карман!

— Дети, только руками не трогайте, — предостерегла мама, издали наблюдая всю сцену. — Лучше всего это сразу выкинуть из дома.

— Но ведь это же часть одежды вора! — возразил Павлик. — По этому карману Хабр найдет и опознает вора.

— А вот это выкиньте из головы. — решительно потребовал отец. — Никакого выслеживания, никакой войны с ворами.

— Почему? Они же украли нашу лампу!

— Для борьбы с ворами существует полиция, не ваше это дело. Учтите, никому еще из потерпевших не удалось вернуть свою собственность, и вам не по силам. Да и опасное это дело.

— Что ж, в таком случае надо здесь прибраться, — заявила Яночка, сходила за щеткой и вымела воровской карман за порог. Там она спрятала его под ступеньками крыльца и шепотом похвалила Хабра, прижав к груди его умную, красивую голову. Хабр понял, что хозяйка им очень довольна.

За ужином пан Роман прибегнул прямо-таки к иезуитскому маневру, неожиданно заявив детям:

— Обращаю ваше внимание на тот факт, что выслеживание вора наибольшую опасность представляет для Хабра. Если преступники поймут, что собака взяла их след — без колебаний убьют ее!

— Ни один вор ни в жизнь нашей собаки не заметит! — буркнул Павлик. Яночка возразила отцу:

— А мне показалось, арабы собак боятся.

— Их дети боятся, — пояснила пани Кристина. — А собака может и в самом деле погибнуть. Отец еще раз сурово обратился к детям:

— Я требую самым решительным образом, чтобы вы перестали и думать о том, как разыскать воров! Это не шуточки. Вы в чужой стране, незнакомы со здешними нравами, здешними порядками, не знаете языка и обычаев. Дело опасное. Обещайте мне, что не станете искать воров. Вон Кавалькевича обобрали до нитки и то он не собирается проводить никакого расследования на свой страх и риск. И вы не смейте!

Жена заинтересовалась ограблением их соседа пана Кавалькевича. Выяснилось, что в отсутствие хозяина в его домик забрались воры, выломав оконную раму, и украли радиоприемник и кучу запчастей к его «фиату».

— А запчасти им зачем? — удивилась пани Кристина.

— Есть в Алжире такой механик, специализируется по «фиатам». Не исключено, что Кавалькевич у него купит свои же запчасти, заплатив втридорога.

— Ну так как? — вернулся к больной теме отец и опять сурово взглянул на детей. — Обещаете?

Сын и дочь молчали. Прежде чем обещать, следовало хорошенько подумать, чтобы по-умному сформулировать свое обещание. Надо же оставить лазейку себе, ведь дети всегда твердо выполняли то, что обещали. Значит, обещать надо с умом.

— Ну хорошо, — сказала наконец Яночка. — Если я тебя правильно поняла, ты требуешь от нас, чтобы мы не подвергали свою жизнь опасности. Это мы тебе можем обещать железно.

— Точно, можем! — подтвердил Павлик в ответ на выжидающий взгляд отца, потому что тот твердо знал: пообещать должны оба. — И могу пообещать, что мы не станем ловить воров голыми руками.

При последних словах сына отец насторожился, а Яночка незаметно толкнула брата в бок. Надо же, испортил хорошо продуманное обещание! Но тут в разговор вмешалась мама:

— А я хочу потребовать от вас другого обещания. Никогда, ни при каких обстоятельствах не оставайтесь без Хабра. Он всегда и везде должен быть с вами. Иначе я ни на шаг не отпущу вас от себя! Итак, выбирайте — собака или я!

Пан Роман с восхищением глядел на жену, Яночка и Павлик глядели на мать с подозрением.