Полицейский о чем-то глубоко задумался, помолчал, потом попросил детей самих рассказать обо всем как можно подробнее. Павлик с Яночкой попеременно стали излагать случившееся. Поскольку французским-они все-таки владели не очень свободно, получили возможность думать не только над правильным построением фразы и подбором слов, но и возможность скрыть от арабской полиции и родителей то, что считали нужным скрыть. Знавший французский прекрасно пан Сенчиковский помогал им.

По мере их рассказа на лице арабского полицейского выступил румянец, черные глаза заблестели. Он обратился к пану Роману:

— Если мне случайно удастся в ближайшее время оказаться в Тиарете, вы позволите нанести вам визит?

— Разумеется! — охотно согласился пан Роман. А его жена добавила, обращаясь уже ко всем присутствующим:

— И вообще приезжайте к нам все, приглашаю на будущий уик-энд. Устроим роскошный пикник.

— На следующий не сможем приехать,ответила пани Сенчиковская.Мы уже пригласили гостей. А вот через две недели приедем с удовольствием. Я никогда не была в ваших краях.

— А вам мы всегда будем рады,обратился пан Роман к полицейскому.Независимо от уикэнда и пикника...

В среду утром в каменоломне шла нормальная работа. На дне карьера стоял пустой грузовик. В ожидании, пока его загрузят, водитель сладко спал на куче песка. Двое рабочих с лопатами в руках, сидя на камнях неподалеку, курили и не торопясь попивали кока-колу. Двое других лениво беседовали о чем-то в тени барака. Третий спускался по склону горы.

Яночка с Павликом держали курс на пещеру. Переодетые в арабчат, они старались делать вид, что никуда не направляются, просто так играют на склоне горы, то и дело останавливаясь и подкидывая камешки. Тем не менее спускавшийся в карьер мужчина остановился и пристально посмотрел на них. Даже постоял какое-то время, потом, видно решив, что эти дети не заслуживают внимания, отправился дальше не оглядываясь.

Подождав, пока он не спустится на дно котлована и не скроется за бараком, брат с сестрой подошли ко входу в пещеру. Похоже, тут ничего не изменилось.

Черноволосая Яночка в длинной красной юбке в крупные цветы присела у входа. Черноволосый Павлик в длинных брюках и невозможно яркой оранжевой рубашке походил вокруг нее, потом внимательнейшим образом изучил стык между двумя глыбами в виде буквы «5» в том месте, где на полукруглую глыбу у входа наползала каменная стена. Покопавшись немного в песке и щебне на дне пещеры, мальчик пришел к выводу, что целесообразнее всего подложить взрывчатку под круглое брюхо глыбы, а вот тут растянуть шнур, места вполне хватит. С удовлетворением кивнув головой, Павлик покинул пещеру.

— Сматываемся! — вполголоса произнесла Яночка, дежурившая у входа.Во-первых, один подглядывает за нами из сараюшки, а во-вторых, я узнала того, что спускался.

И они небрежно направились к выходу из каменоломни, иногда пускаясь бегом вприпрыжку, иногда останавливаясь и притворяясь, что играют камешками.

Когда отошли на порядочное расстояние от карьера, Павлик поинтересовался:

— Во-первых, с чего ты взяла, что за нами подглядывают, а во-вторых, кто такой спускался с горы?

— О том, что из сараюшки за нами следят, мне сказал Хабр. А тот араб, что спускался с горы... Я сразу вспомнила, что где-то мы его видели, но никак не могла вспомнить где. Уже потом, когда ждала тебя — вспомнила. Это тот толстый, которому одноглазый сделал таинственный знак. Ну тот второй, который вышел вслед за одноглазым из торговой палатки на суку в Махдии, помнишь?

С трудом припомнив второго араба, Павлик недовольно спросил:

— Интересно, что ему тут делать? Опять сговариваются о краже? Этого нам только не хватало!

— Вот и я думаю, что бы такое выкинуть, чтобы они раздумали красть! — подхватила сестра.Сама понимаю, ни к чему нам сейчас отвлекаться на воров, да и пещеру они могут занять.