– А квартира?

– Нет никакой квартиры, – разочаровал Боб. – По этому адресу находится частная клиника, называется «Альтер эго».

– Зубы, что ли, лечат?

– Да нет, восстановление и реабилитация после аварий и переломов всяких. А уж какое отношение ваш тип имеет к этой клинике, никак не выяснить. Вряд ли он там главным врачом работает.

– Это уж точно, – вздохнула Надежда, – шифруется…

Она хотела ругнуть лже-Квадратова хотя бы в мыслях, но вспомнила, что он уже на том свете, и сдержалась. Ладно, придется отложить посещение клиники на завтра. Или на послезавтра, ведь еще и Димкина контрольная свалилась на ее голову… Ох, времени катастрофически не хватало!

Осознав этот факт, Надежда Николаевна даже повеселела. У нее снова расследование. Прощай, скука!

Алка нашлась в учительской, где она поругивала какую-то молоденькую училку. Та шла пятнами и молчала.

– Алка, ты бы хоть не при людях на нее ругалась, – сказала Надежда Николаевна, когда девчонка выбежала из учительской едва не в слезах. – Вызвала бы в кабинет, там и отчитала.

– Я? – удивилась Алка. – Я ее ругала? Ну, Надежда, я на тебя просто удивляюсь. Ты меня столько лет знаешь! Это разве ругань? Это я ей просто на вид поставила. А вот когда ругаться стану – то стены дрожать будут! Не веришь?

– Верю, – вздохнула Надежда, зная темперамент подруги. – Ладно, пошли уже, не то тебя опять кто-нибудь отвлечет.

Они поднялись на третий этаж, и Алка постучала в дверь кабинета истории. Дверь приоткрылась, из-за нее выглянул остренький носик и круглый удивленный глаз.

– А, это вы, Алла Владимировна! – проговорил обитатель кабинета. – Ну, заходите, заходите…

Войдя внутрь, Надежда огляделась по сторонам: обычная классная комната с рядами одинаковых столов и стульев и неким подобием кафедры. Возле кафедры возвышался книжный шкаф, заполненный старинными томами. По стенам были развешаны яркие плакаты с изображением далеких и не очень далеких предков человека – питекантропов и синантропов, неандертальцев и прочих наших родственников. Также здесь были изображения различных исторических персонажей. Некоторых из них Надежда узнала – Ивана Грозного, Петра Первого, Екатерину Великую. Но один персонаж – мрачный мужчина с выпуклыми надбровными дугами и узкими, пронзительными глазами – произвел на нее самое сильное впечатление.

– Это Чингисхан, создатель крупнейшей империи в истории человечества! – с непонятной гордостью сообщил владелец кабинета, перехватив ее заинтересованный взгляд. – Предположительная реставрация, разумеется.

Повернувшись на голос, Надежда Николаевна разглядела хозяина кабинета. Это был маленький, худой мужчина с остреньким личиком и круглыми внимательными глазами. Несмотря на такую внешность, он обладал сильным и красивым голосом.

– Это Иван Васильевич, наш учитель истории! – представила его Алла. – А это – Надежда Николаевна, моя старинная подруга.

– Старинная? – переспросил Иван Васильевич с каким-то странным, мечтательным выражением.

– Ну да, – Алла усмехнулась и обратилась к Надежде: – Он у нас любит все старинное…

– Ну а как же иначе? – проговорил историк. – Человек, который не интересуется прошлым, недостоин будущего!

– Вот, кстати, Надежда Николаевна интересуется прошлым. А конкретно – она хотела бы узнать… ну, Надя, ты уж сама объясни Ивану Васильевичу, что ты хочешь узнать.

– Я хотела бы узнать, что это за герб? Чей он, какого происхождения?.