– Непременно! – передразнил ее старший лейтенант. – Ну, вы, женщина, даете!

– Вот именно непременно! – повторила Антонина Васильевна. – Или вас, молодой человек, будут ждать серьезные неприятности!

– Да ладно… – Старший лейтенант бросил трубку.

Увидев странное выражение на его лице, проходивший мимо капитан Севрюгов, поинтересовался:

– Что такой смурной, Овечкин? Первый день на работе и уже не справляешься?

– Да справляюсь я, справляюсь! Просто иногда такие странные личности звонят… вот сейчас какая-то тетка сообщила о подозрительных лицах и требовала, чтобы эту информацию непременно передали самому подполковнику Кучерявому! Представляете, самому подполковнику, да еще непременно!

– Непременно? – насторожился Севрюгов.

– Да, так и сказала – непременно и немедленно!

– А как эту гражданку звали, ты не спросил?

– Так она сама сказала – Антонина Васильевна… и адрес свой назвала…

– Антонина Васильевна? – Севрюгов схватился за голову. – Так что же ты молчишь?

– Так я не молчу, – удивленно проговорил старший лейтенант. – Я говорю… А что это за такая особенная Антонина Васильевна?

– Ох, не спрашивай! Это такая женщина… Какой, говоришь, от нее сигнал поступил?

– Якобы возле ее дома какие-то подозрительные личности ошиваются… под видом телефонистов… якобы они там обрыв телефонной линии устраняют… а может, и не якобы…

– Нужно туда немедленно отправить опергруппу!

Все старые сотрудники отделения отлично знали Антонину Васильевну и боялись ее как огня. Она неоднократно сигнализировала в полицию о подозрительных людях и событиях, а если на ее звонки своевременно не реагировали – добиралась до самого высокого начальства. Самое же интересное, что в большинстве случаев ее сигналы подтверждались, и благодаря им было задержано немало подозрительных и опасных людей, даже один серьезный преступник, находившийся во всероссийском розыске. По этой причине высокое полицейское начальство лично знало Антонину Васильевну и уважало ее. И даже грамоту ей дали в качестве поощрения.

Необычайно быстро усиленная опергруппа была отправлена к дому, в котором проживала Антонина Васильевна…

Тем временем Надежда Николаевна все еще наблюдала из укромного местечка за развитием событий. Правда, пока события никак не развивались, а все подозрительные лица оставались на прежних местах в напряженном ожидании.

В это время на дорожке, ведущей к дому, появился жилец с четвертого этажа по имени Андрон со своей собачкой Люсей. Был он чрезвычайно рослым и широкоплечим, лет сорока, и значительную часть свободного времени проводил в спортзале.

За сорок лет Андрон не обзавелся ни женой, ни детьми и всю свою нежность и душевную теплоту вложил в крошечную собачку мексиканской породы чихуахуа. Дважды в день он выгуливал Люсю возле дома, при этом контраст его большого роста и внушительного телосложения и крошечной собачки производил на прохожих довольно комическое впечатление.

Андрон неторопливо и величественно шел по дорожке, Люся семенила перед ним. Вдруг она громко взлаяла, рванулась вперед, свернула с дорожки и влетела в кусты, как будто заметила там крысу или какое-то другое мелкое животное.

Но за кустами находилась не крыса. Там пряталась Надежда Николаевна Лебедева.

Собачка налетела на нее с истеричным лаем, и Надежда от неожиданности выскочила из своего убежища и оказалась на дорожке.