— Так какие у тебя планы? — поинтересовался Грег. Он бросил свой рюкзак на землю и опустился на ступеньки. Облокотился на колени и посмотрел на Соланж.

Она бросилась в атаку:

— Хочешь от меня избавиться? Да, понимаю, я тебе уже порядком надоела. Спасибо, что помог. Без тебя я бы ни за что не справилась. — Втянув воздух, будто пыталась сдержать слезы, улыбнулась через силу. — Передай мою благодарность Роуз за то, что она одолжила мне свои вещи. Скажи ей, что я обязательно верну ту одежду, которая сейчас на мне.

Бросив рюкзак к ногам мужчины, Соланж резко развернулась и направилась к дороге, ведущей в город: голова опущена, плечи дрожат, воздух сотрясают тихие, но вполне слышимые всхлипы.

— Эй, подожди! Вернись! — приказал Грег. Когда девушка не послушалась, окликнул ее по имени.

— Да? — наконец обернулась она.

— Я вовсе не прогоняю тебя. А о планах спросил из чистого любопытства.

— Спасибо, ты так великодушен, — несмело улыбнулась Соланж.

— Это игра, да? — спросил Грег, глядя в ее мокрые от непролитых слез глаза. — Как и когда ты впервые появилась у меня дома.

Мужчина нахмурился —  его снова провели.

— Я действительно благодарна тебе за помощь. И ушла бы, не останови ты меня.

— Иди в дом, — устало произнес Грег.

— Можно я первой воспользуюсь ванной? — невинно хлопая ресницами, поинтересовалась Соланж. — Еще мне понадобится чистая одежда.

Ничего не сказав, Грег отправился в спальню, чтобы найти футболку и джинсы для гостьи, мысленно вопрошая у судьбы, чем же он провинился, что заслужил такое наказание?

4.

Фена у Грега не оказалось, и сначала Соланж хорошо вытерла волосы полотенцем, а потом сушила их на солнце. Решив, что достаточно, заплела косу и направилась на кухню, потому что пообещала заняться ужином — как благодарность за помощь и приют.

Соланж не считала себя великим поваром, но знала, как приготовить несколько национальных пикардийских блюд. Учитывая имеющиеся ингредиенты, она остановила выбор на «Coq à la bière». Конечно, вкус мяса будет не таким, как обычно, ведь не нашлось ни грибов, ни лука-шалот, ни ягод можжевельника, делающих блюдо столь необычным. Соланж упростила рецепт до минимума: цыпленок, пиво и репчатый лук.

Соус она сделала из сливок, яичных желтков и лимонного сока. Гарниром к цыпленку должен был стать отваренный рис. Чтобы не пропали зря оставшиеся белки, приготовила меренги.

Ужин обещал быть неплохим, но в процессе готовки появилась гора грязной посуды, мытье которой — главная причина, по которой Соланж мало готовила. Ничего не поделаешь, нужно убирать.

Закончив с грязной посудой, она выключила конфорку под сковородкой с цыпленком и отправилась за Грегом. Он еще час назад ушел в мастерскую.

Дверь была открыта, позволяя тайком наблюдать за работающим мужчиной. Снова играла классическая музыка. Соланж отдавала предпочтение джазу. Она уже больше недели не слушала свою любимую Nouvelle Vague и ZAZ, одно это вынуждало ее поскорей вернуться к цивилизации.

— Не думала, что у тебя столь специфичный музыкальный вкус, — наконец объявила о своем присутствии Соланж, стараясь не думать, кем любовалась больше — мужчиной или статуей.

— Я бы мог сказать, что в горах ловит только эту станцию, — Грег усмехнулся, — но это ложь. Классика помогает мне настроиться на творческий лад…

— Если не ошибаюсь, радио в машине тоже настроено на эту станцию.

— Поймала, — пожал плечами Грег и, давая понять, что разговор окончен, снова повернулся к статуе.

— Ужин готов, — сообщила Соланж.

— Хорошо.