***

Траун понял, что Джереку придётся доложить следующее: налёт прошёл удачно, но Морган Катарн найден не был. Не желая оттягивать неприятности, Траун прошагал по ярко освещённому коридору, кивнул штурмовикам, охраняющим комнаты Джерека, запросил разрешения войти и получил его незамедлительно. Слепой (в обычном смысле этого слова) Джерек сидел почти в полной темноте. Только корабельный комлинк и выключатели испускали мягкий свет. Темнота должна была запугивать посетителей, но раса Трауна отличалась исключительным ночным зрением. Он ждал, пока Джерек заговорит.

– У тебя плохие новости?

Траун отметил, что это скорее утверждение, чем вопрос. Откуда Джерек знает? Трудно сказать.

– Да, сэр.

– Продолжай.

Флотский офицер сделал доклад как обычно, не пытаясь оправдываться или вдаваться в детали. Выслушав Трауна, Джерек некоторое время молчал.

– Хочешь сказать, Катарна предупредили?

– Подтверждений нет, сэр. Лейтенант Бразак считает, что цель отлучилась с фермы по делам.

– Или он почувствовал необходимость уйти, – Джерек начал рассуждать вслух. – Он чувствует Силу, иногда даже пользуется ей, однако боится признаться в этом самому себе. «А если я ошибаюсь? – думает он. – А если я злоупотребляю своими способностями? Могу ли я себе верить?» Непроходимая глупость! Я чувствую его присутствие с орбиты. Он работает, суетится, о чём-то размышляет – всё без толку!

Траун позволил себе поднять бровь. Хотя Джерек искусно скрывал свои возможности от вышестоящих, подчинённые могли составить о них некоторое представление.

– Сэр… да, сэр.

– Тебе это, конечно же, неинтересно, – фыркнул Джерек. – Ты – существо из реального мира, совершаешь поступки, манипулируешь предметами. Хорошо, вершитель реальности, я предоставлю тебе и лейтенанту Бразаку возможность загладить оплошность и заслужить столь желаемую похвалу. Слушай внимательно, работы непочатый край.

***

В круглой комнате было полно народу. Если не считать посланцев из Альянса, которые явились, чтобы записать происходящее и сплотить сотни разумных рас под одним началом, сюда прибыли колонисты со всех уголков планеты – худощавые мужчины и женщины, привыкшие к суровым условиям жизни. Каждый представлял как минимум десятерых. Все внимательно слушали.

Про Скорга Джеймсона можно было с уверенностью сказать: хорошего человека должно быть много. Это касалось и стати, и голоса, и жестов и движений. Растрёпанные волосы доходили до плеч, куртка не скрывала богатырской груди, а сапоги напоминали деревья, выросшие посреди утрамбованного пола. Скорг прислонился к большому камину и обвёл собравшихся глазами.

– Говорю вам: пришло время действовать! Сами видели, что осталось от ферм Данги, Катарна и остальных… Пора заявить о себе и показать другим, на что мы способны!

Храбрая речь! Морган про себя восхитился смелыми словами Джеймсона. Особенно если учесть, что тут могли быть шпионы или «жучки», настолько хитрые, что никакая проверка перед собранием могла их не обнаружить. Конечно, Джеймсон отрепетировал каждую фразу. Видимо, он решил выдвинуть свою кандидатуру на пост Руководителя Сектором. Когда стихли аплодисменты, Морган поднялся.

– Я тоже страдаю от вымогательства, грабительских цен и налётов. У меня тоже руки чешутся дать сдачи… но какова будет расплата? Да, у нас происходят странные вещи. Если прав тот горожанин, предупредивший Джеймсона, то имперцы, переодетые в повстанцев, планируют напасть на источник «Г».