Изменить размер шрифта - +
С тех пор, как он умер, такое случалось с ней миллион раз: реальность доходила до нее на долю секунды позже. И вот теперь ей снова захотелось спросить своего мужа, не похож ли, с его точки зрения, кузен Фрэнсис на ручного медведя. И еще она хотела спросить, как быть с дядей Томасом Монингтоном и с замком Саттон. Но ведь если бы Джон Джозеф был жив, будущее поместья не вызывало бы сомнений, да и дядя Томас Монингтон не смог бы никак им помешать.

— Итак, вы видите, моя дорогая графиня, что это дело весьма меня тревожит, и я пришел сюда не для того, чтобы вмешиваться не в свои дела, а лишь из-за беспокойства и, если мне будет позволено так выразиться, искренней заботы.

Дядя Томас Монингтон и вдовствующая графиня Уолдгрейв сидели в маленькой гостиной, любуясь в окно на дальние сады, откуда западный ветерок доносил сладкие запахи цветущих деревьев.

— Простите?..

Она непонимающе смотрела на него, гадая, что же он хочет ей сказать. Она почти не знала этого человека, они встречались только один раз, на свадьбе Горации, но теперь, глядя на него, она подумала, что он довольно неприятен. Он слегка подался вперед и снова заговорил, но при этом так брызгал слюной, что графиня отстранилась. Мистер Хикс, бродивший по комнате, издал какой-то невнятный звук.

— Я, очевидно, не смог объяснить все как следует, моя дорогая леди, — дядя Томас обнажил в улыбке свои вставные зубы. — Недавно я был в Лимингтонс и видел леди Горацию. Мы с ней побеседовали по-дружески… хотя она высказала неразумное намерение продать Саттон, что совершенно невозможно, так как противоречит завещанию. Одним словом, мне показалось… конечно, я не хотел бы чересчур обеспокоить вас, любезная графиня… что ваша дочь слишком долго была предоставлена самой себе. Конечно, это печально, но леди Горация действительно не любит Саттон, и я чувствую, что для нее было бы величайшим благом снова выйти замуж…

Он сделал драматическую паузу, и Энн изумленно уставилась на него.

—…за человека из рода Уэбб Уэстонов, — закончил он свою фразу.

Повисла напряженная тишина, а потом графиня сказала:

— Но ведь она и так носит фамилию Уэбб Уэстон. Что вы имеете в виду, мистер Монингтон?

— Я имею в виду, мадам, что все проблемы леди Горации можно разрешить одним махом. И это… — он откашлялся, — это брак с моим племянником и наследником Фрэнсисом Сэлвином.

— О, Небо! — воскликнула Энн. — А что по этому поводу думает Горация? Ей нравится этот джентльмен?

Мистер Монингтон яростно заговорил, брызгая слюной:

— Они провели прошлое Рождество вместе, мадам. Нужно ли говорить о большем?

— Я пропел прошлое Рождество со своим братом, — проворчал мистер Хикс из дальнего угла. — Но я не собираюсь вступать с ним в брак.

Дядя Томас бросил на него уничтожающий взгляд, а графиня сказала:

— Элджи, сейчас не время шутить. Ты сказал глупость. Я совершенно уверена, что мистер Монингтон принимает близко к сердцу интересы Горации.

Мистер Монингтон подарил ей улыбку:

— О, моя дорогая леди, как вы умны! Такой брак не только положит конец печальному вдовству леди Горации, но и обеспечит навсегда будущее замка Саттон.

— Должна признаться, что она упоминала в письмах ко мне мистера Сэлвина, но там говорилось лишь, что она находит его забавным, — произнесла Энн задумчиво.

Дядя Томас стиснул кулаки, а Элджи, который этим утром пребывал в очень странном настроении, произнес:

— Что ж, это — хорошие новости. По крайней мере, она уже может смеяться.

Мистер Монингтон напустил на себя оскорбленный вид, и на него стало совсем страшно смотреть. Энн поднялась и принялась мерить шагами гостиную.

— Я не уверена, сэр, что моя дочь с радостью воспримет мысль о повторном браке.

Быстрый переход