Обо всем этом она раздумывала, лежа на диване. Вика решила устроить себе маленький праздник, и настроение у нее действительно было отличное. Даже несмотря на то, что Лера, обещавшая появиться к обеду, так и не появилась, а телефон ее молчал. Несмотря на то, что Вика была совсем одна. Она совсем не чувствовала своего одиночества, искренне, просто и немного по-детски радуясь тому, что снова видит знакомые шторы на окнах, снова лежит на диване, а не на жесткой больничной кровати, что снова слышит любимую музыку и пьет вино из прозрачного хрустального фужера.

Посмотрев на свое отражение в зеркале, она улыбнулась и приподняла бокал. Вот и все — а что еще нужно? Вино было сказочным — немного терпким, кисло-сладким. Вика сделала первый глоток и подумала, что вино по-настоящему хорошее. И музыка — музыка тоже была сказочной.

Через некоторое время Вика услышала, как наверху открылись двери лифта, а затем хлопнула Лерина дверь, и в следующую секунду сверху раздался знакомый топот. «Лерка пришла». Она отметила этот факт достаточно равнодушно и все же по привычке зачем-то стала ждать телефонного звонка. Но вместо этого раздался звонок в дверь. Лениво приподнявшись с дивана, Вика пошла открывать, на ходу пытаясь сообразить, кто бы это мог быть. Она приникла к дверному глазку и увидела, что с той стороны топчется Кирилл.

Вика притаилась, пытаясь сдержать дыхание. Что бы это значило? Может быть, не нужно открывать дверь? Хотя, с другой стороны, нужно все-таки проще ко всему относиться. Вздохнув поглубже, она отодвинула железную задвижку и отступила в глубь прихожей.

Он нахмурился, напряженно вглядываясь в ее лицо, которое в темноте было практически неразличимо. Вика решила, что не следует играть в кошки-мышки и, повернувшись, включила свет.

— Вот ты и дома, — улыбнувшись — немного смущенно, как показалось Вике — проговорил он.

Вика отметила про себя, что они не поздоровались, но решила не заострять на этом внимания. Она стояла в прихожей и вопросительно смотрела на Кирилла.

— Я как будто под прицелом. Перестань так смотреть.

Она пожала плечами, почувствовав едва ощутимый прилив злости. Злости, раздражения — и любопытства. Интересно все-таки, зачем он пришел?

— Мы так и будем в прихожей стоять?

Вика отступила на шаг, ничего не ответив.

— Ты дала обет молчания?

— Да нет, почему же, — Вика стряхнула с себя оцепенение, — проходи, если хочешь.

— А ты — хочешь?

Она не знала, что ему ответить. Подняв глаза, она столкнулась с его глазами, но не могла выдержать и нескольких секунд.

— Ты зачем пришел? — Она ответила вопросом на вопрос.

— Я просто мимо проходил, — произнес он вполне равнодушно, — проводил Леру, спускался вниз, увидел твою дверь и вспомнил, что тебя сегодня выписали. Решил зайти на минутку, узнать, как ты…

— Я — нормально.

Вика чувствовала напряжение, а потому фразы получались короткими и сухими.

— Ты как еж, — он улыбнулся, — ощетинила свои колючки.

В ответ она снова промолчала. Ей ужасно не хотелось, чтобы он проходил в комнату, чтобы задержался даже на несколько минут. И все же она не решалась открыто сказать ему об этом, боясь обидеть. К тому же собственная ершистость казалась ей безосновательной.