|
За конунгом последовали воины. Один за другим они обращались в бегство. Иные брались за весла и отталкивали свой корабль от корабля Хаука, лучники вновь взялись за свое оружие. Самые отчаянные и сильные прикрывали отход. Ивар, который весь бой простоял на месте, неожиданно понял, что победа близка и что сегодня вражеский меч не проделает прорехи в его шкуре, не поковыряется во внутренностях… Осознание того, что он жив, наполнило сердце безумным восторгом. Родившись в груди, тот теплой волной поднялся до горла, откуда и вырвался истошным воплем радости. Не видя ничего вокруг, Ивар ликующе вскинул руки… Свистнула стрела. Рядом ктото застонал. Восторг мгновенно исчез, по спине пополз холодок страха. Вернувшись от переживаний к реальности, Ивар обернулся: Арнвид медленно оседал на палубу. Из его плеча, горделиво белея оперением, торчала стрела. На суконной рубахе эриля расползалось кровавое пятно. - Ой, - только и мог сказать Ивар. - Вытащи стрелу, - прохрипел Арнвид, привалившись спиной к основанию мачты. - Но как? Я не умею! - Я научу. - Голос эриля от боли исказился до неузнаваемости. - Она пробила меня насквозь. Обломи вот тут… Ивар, повинуясь подсказкам, разорвал рубаху на плече Лысого. Обломил заднюю часть стрелы и, ухватившись за торчащий из плеча окровавленный наконечник, принялся тянуть. Руки его дрожали, в горле бился гадостный ком тошноты. Арнвид Лысый глухо стонал. Стрела с протяжным чмоканьем выдернулась из раны. Ивар облегченно вздохнул и поспешно выпустил из рук окровавленный наконечник, который с глухим стуком упал ему под ноги. Только в этот момент Ивар понял, что вокруг тихо, как в погребе. Повернувшись, он обнаружил, что дружина в полном составе стоит у него за спиной. Хаук снял шлем, мокрые от пота волосы потемнели и прядями прилипли ко лбу. Лицо Нерейда украшал здоровенный синяк, а из пореза на ноге Сигфреда, который был хорошо виден через порванную штанину, медленно струилась кровь. - Ты должен был его прикрывать! - сказал конунг жестко, и глаза его заледенели, став двумя кружками холодного синего пламени. - Ты этого не сделал! - Я не виноват, оно само получилось, - по своей обычной привычке забормотал Ивар. - Мужчина отвечает за свои поступки, - очень медленно и четко проговорил Хаук. - В том числе и за те, которые не делают ему чести. Ты допустил ошибку, так хотя бы прими наказание достойно. Ивар затравленно огляделся. Во взглядах, обращенных на него, не было сочувствия. Конунг шагнул вперед, правая рука его резко дернулась, и тут же в челюсть Ивара точно ударило бревном. Он неожиданно ощутил, что лежит на палубе, а челюсть ужасно ноет. Конунг взирал на него сверху без всякой злобы, со спокойным видом человека, исполнившего свой долг. - Эриль нужен нам живым и целым! - сказал он наставительно. - Всякая рана его - удар по всей дружине. Вдруг он теперь не сможет вовремя бросить руны? - Я понял, - проговорил Ивар, кривясь от мучительной боли. - Вот и хорошо, - кивнул Хаук. - Поднимайся. Нам пора на весла. Тяжело развернувшись, словно огромный обожравшийся зверь, корабль заспешил к берегу. Несмотря на продолжительность, бой вышел не очень кровавым. В дружине Хаука погибли только двое, и еще двое не могли пока грести. |
