Последнего убил португалец. Йонг успела заметить, как он вонзает ему в живот меч, человек застонал и упал на колени. Португалец замахнулся и снёс ему голову одним ударом.

Та покатилась по земле к Йонг, остановившись лицом вверх. Открытые глаза уставились прямо на неё.

Шпион Империи. Как она и думала.

– А теперь, – со злостью сказал португалец, – извольте объясниться, усталые путники!

Йонг не чувствовала ни ярости, ни страха, и это спокойствие испугало её сильнее прочего. Она съехала вдоль стены на землю, пнула голову, чтобы та откатилась и перестала на неё пялиться. Боль под ребром превратилась из острой в ноющую, тонущую под слоем новой кожи, прорастающей прямо поверх раны.

– Юна, – позвала Йонг сипло. – Ты в порядке?

– Сэ, сыта-голь, – кивнула та, опуская копьё наконечником вниз. С него капала кровь, сама она была цела и даже не ранена.

– Эй, бедовая женщина! – зарычал португалец. – Я требую объяснений!

Йонг кивнула Юне: надо утащить тела к реке, отмыть кровь с рук и лиц… Но прежде всего найти Хаджуна. Если на них тоже напали, им может потребоваться помощь. И где-то там бродила Лан!.. Краткий миг испуга за неё, Намджу и Лю Соджоля прервался отборной руганью.

– Слушайте, девицы, – потеряв всякое терпение, которым он и до этого не блистал, португалец шагнул к сидящей на земле Йонг, вскидывая меч. Ему преградило дорогу копьё Юны. – Ты в меня палкой не тыкай! Либо говорите, какого дьявола пришли в мою пещеру, либо я…

– Убьёте нас, да, – устало выдохнула Йонг. Провела рукой по лицу, тут же отругала себя за это – кровью запахло сильнее, она наверняка теперь покрывала все щёки и лоб.

– Именно!

– Я обещаю, – твердо ответила Йонг, – я всё объясню вам позже, но сейчас нам надо разыскать наших друзей у реки, на них тоже могли напасть. Потом мы вернёмся и…

– Но, но, но! Никаких потом, и вообще проваливайте!

Под своды пещеры неслышно скользнула Ильсу и ахнула:

– Сон Йонг! Юна, вы целы?

– Ещё женщины! – закричал португалец.

Ильсу посмотрела на него, потом на лежащие вокруг трупы, выругалась.

– Больше никого нет, Хаджун и господин Лю возвращаются. Намджу нужна помощь, он ранен. Лан я не видела.

Проклятье!

Йонг встала, провела руками по паджи, кое-как стирая кровь.

– С объяснениями придётся подождать, господин.

Он, похоже, смирился. Опустил меч, шагнул в сторону, освобождая проход, и наблюдал, как в его пещеру входят новые люди. Хаджун и Лю Соджоль почти принесли на себе измотанного и обмёрзшего Намджу, пока Юна и Ильсу оттаскивали тела убитых шпионов в сторону. Намджу положили ближе к огню, Йонг села перед ним на колени.

На вопросы времени не было: Юна помогла Йонг раздеть его, подавала ей травы и согревающие порошки. Йонг затолкала все переживания в такие глубины сознания, что выудить их обратно и освободиться от тремора не представлялось возможным.

– Разотри ему грудь, – просила Йонг. Юна делала всё без вопросов. Где-то за их спинами Ильсу говорила, что их обнаружили, и, похоже, нужно было уходить немедля. У берега на них тоже напали, восемь человек, потому они задержались.

– Мы никуда не пойдём, пока не вылечим Намджу, – отрезала Йонг, расслышав сбивчивые слова Ильсу.

– Оставаться ещё опаснее, – подал голос Лю Соджоль.

– Для кого? Для нас или для Намджу? Мы останемся.

Тело Намджу пересекала рваная рана – скорее всего, он в реке напоролся на острые камни или осколки льда, от холода кровотечение быстро остановилось, но теперь он отогревался у костра, и рана открылась снова, выплёскивая кровь в такт частому лихорадочному дыханию.