– Верно. Пора вернуться к нашим проблемам.

Она подняла с пола металлический тяжелый тубус – там прятался купленный днём постер с подробным чертежом кобуксона, копии записей Ли Сунсина и карта с передвижениями японских, корейских и китайских войск во время Имджинской войны. Большинство данных о ней не сходились с реальным хаосом, творящимся на землях не-Чосона, но других у Йонг не было. Она развернула на столе чертёж корабля.

– Думаешь, мы сможем соорудить такой же?

«Откуда мне знать, – буркнул имуги. – Мне никогда не требовалс-с-ся корабль, чтобы плавать».

– Твоя правда. Но он нам очень понадобится.

«Дракон нам понадобитс-с-ся», – привычно затянул имуги. Йонг скривилась.

– Опять ты за своё. Нагиль физически не может сжигать японский флот и защищать города на суше. Ему потребуется наша помощь.

«Много берёш-ш-шь на себя, – возразил имуги. – Зачем Дракону помощ-щ-щь жалкой девчонки…»

– Ой, кайаттечо. Жалкая девчонка собирается пересечь вселенную – в третий уже раз, напомню тебе. Жалкая девчонка делит тело с морским змеем. И если ты не собираешься помогать мне готовиться, то изыди.

Имуги обиделся и молчал до следующего утра.

Он заинтересовался происходящим, только когда Йонг вошла в зал тайцзи, куда ходила уже полтора месяца. Здесь преподавали мастера, побывавшие на практиках в буддийских монастырях Китая, и Йонг выбрала секцию по отзывам в интернете, но когда она впервые столкнулась с мастером, к которому пришла на пробное занятие, то мгновенно захотела уйти.

Его звали Гванджин, как советника президента по вопросам нацбезопасности, но выглядел он совсем не как государственный деятель. У него была внешность монаха, который подсыпал Йонг отраву в чай и отправил к японцам.

Впервые увидев его, Йонг испытала такое отвращение, что чуть не плюнула в лицо незнакомого человека. Она сбежала из зала ещё до начала тренировки и спряталась в туалете в узкой кабинке, тяжело дыша.

– Надо сменить секцию, – почти прорычала она, но имуги тогда поднял голову и возразил:

– Ты с-с-сказала, он лучший учитель в городе.

– У него рожа того ублюдка! – сорвалась Йонг и тут же зажала себе рот рукой, боясь, что её могли слышать.

– Здес-с-сь он другой человек, – резонно заметил имуги. – Ес-с-сли ты не будеш-ш-шь учиться у лучшего мастера, то зачем вообщ-щ-ще тратить время на занятия? Тайцзи укрепляет тело, но больш-ш-ше дух. Тебе нужно укрепить дух.

Всё-то он знает, этот коварный змей. Йонг с трудом отлепила себя от стенок кабинки и выползла в коридор. Она пришла сюда за практикой, у неё была чёткая цель. Значит, ей стоило забыть о том, что в не-Чосоне человек с лицом лучшего мастера тайцзицюань и цигуна хотел её смерти.

Теперь она ходила к нему на занятия, действительно тренируя и тело и дух. Плеваться в него ядом Йонг со временем расхотела, но порой в его мягком голосе, совсем не таком, какой был у монаха, пыталась услышать фальшь. И злилась на себя же за то, что пытается подловить ни в чём не повинного человека на скрытых мотивах.

Сегодня она начала с дыхательных упражнений. Два часа слушала себя, пропускала воздух через лёгкие, опуская его в желудок, согревала там и выдыхала наружу, медленно, стараясь не забивать голову посторонними мыслями. Полтора месяца – короткий срок для того, чтобы освоить даже базовые техники тайцзи, и всё это время Йонг просто готовила себя к тому, чтобы начать двигаться, но уже чувствовала, насколько отзывчивым стало тело. Она училась понимать его, слышать собственную Ци, ощущать, как энергия скапливается в дань-тяне и отдаёт силы на восстановление мышц.