Метка сильно походила на другие знаки, оставленные для него Софи, но что-то было так. Он скорее почувствовал, нежели увидел разницу. Вместо того, чтобы поспешить в указанном направлении на поиски потерянной им женщины, он присел и изучил борозду. Та выглядела глубже остальных и не такой прямой. Кейн поднял голову и посмотрел на простиравшиеся перед ним равнины. Прищурившись и полностью замерев, он открыл не только глаза и ум, но и сердце. Там ничего не было. Ничего.

Нутро подсказывало, что эту стрелку начертила не Софи. А значит, она была в беде, и похититель знал о преследовавшем их Кейне.

Он посмотрел в противоположном направлении, ища какой-нибудь знак… и нашел его. Земля уже многие мили оставалась бесплодной, но тут странным узором неожиданно выросла маленькая группа полевых цветов лаванды. Он подошел к ним. Казалось, будто цветы образовывают… стрелку.

Кейн направился в указанную дикими цветами сторону. Через несколько футов он нашел следы. Снова одной пары ног, но глубже тех, которые видел у пруда.

Ублюдок нес ее.

Лиана поднялась на седьмой уровень, где наряду с другими колдуньями жила ведьма, готовившая зелья для третьего уровня – микстуры, предотвращающие зачатие, и эликсиры, усиливающие удовольствие. Отец императора Нечтина когда-то полностью запретил магию, но позднее его сын смягчил тот указ. Выгоды перевесили риски.

Лиану не страшило это место. Здесь было темно, почти так же как на первом уровне, а в воздухе всегда витал странный запах. Мускусная и таинственная вонь кипящих смесей и сухих трав напоминала ей о тех днях, когда она еще не имела столько привилегий, как сейчас. Первую дозу противозачаточной смеси ей влили в горло силой, отчего у нее вырвался крик и перехватило дыхание.

Теперь, проглатывая ее, она вздрагивала не так сильно.

Лиана быстро отыскала Джедру, старуху, поставлявшую им микстуры. Чем скорее она покончит со своим делом и вернется к себе, тем счастливее себя почувствует.

Для Джедры выделили ряд комнат, что указывало на ее важное положение во дворце. Тут была спальня, видеть которую Лиана совсем не желала, большая комната, где ведьма встречала посетителей и давала уроки ученикам, и своего рода кухня, служившая источником запаха на уровне. Пройдя в нее, Лиана прикрыла нос. Теперь, прежде чем явиться к Себастьену, ей придется искупаться. Возможно, дважды.

Ее одежда действительно выглядела не лучше неподдающегося определению тряпья: то ли это было платье, то ли блузка с юбкой или же какая-то накидка. В любом случае, оно было свободным, рванным и грязным.

Итак, к делу.

– Император неважно себя чувствует. Ему нужно что-нибудь для улучшения настроения.

Джедра приподняла одну бровь.

– Себастьен не принимает мои микстуры. Никогда. Он боится, что я могу забыть о своей преданности и отравлю его, или кто-то другой подмешает в напиток лишний ингредиент до того, как он его выпьет. Я совершенно уверена, что Себастьен не изменил своего мнения.

– Прекрасно, – рявкнула Лиана. – Это мне нужно поднять настроение.

Старая ведьма улыбнулась и покачала головой.

– Будь я глупой, не прожила бы так долго. Разумеется, я могу дать тебе эликсир, но если ты попытаешься убедить мальчика принять зелье, он узнает о твоей попытке его обмануть и очень рассердится.

– Император Себастьен не мальчик, – произнесла Лиана своим самым холодным тоном.

Ведьма не выглядела ни удивленной, ни обеспокоенной гневом Лианы.

– Для меня он всегда будет мальчиком, а ты девочкой.

Лиана не сказала старухе, что перестала чувствовать себя девочкой в пятнадцать лет.

– Просто дай мне что-нибудь.

С тех пор, как она поведала Себастьену о Мэддоксе, император то злился, то впадал в уныние, или же испытывал и то и другое одновременно.