Я отшатнулась от перил, оказавшись так близко к проезжей части, что ощутила спиной ветерок от проехавшей машины. Видел ли он меня? Конечно, нет. Я была слишком высоко, а он был занят другим. Тем не менее при первой возможности я перешла на другую сторону моста и быстрым шагом пошла прочь, в противоположную от рынка сторону. Мне было необходимо пройтись, дистанцироваться от увиденного. Мое тело дрожало от шока. Я знала, что между ними что-то есть, но увидеть это собственными глазами – совсем другое дело. Весельчак Фил и флегматичная Клер обжимаются среди бела дня. Энергичный отец двоих детей, проводящий отпуск с семьей… в том, что происходило на моих глазах, была такая безысходность, такое обесценивание.

От всего этого у меня загудела голова, но постепенно до меня дошло, что рядом со мной движется машина. Сначала я просто услышала звук – низкий навязчивый гул. Обернувшись, я увидела серый джип, едущий за мной по пятам.

Он двигался медленно, угрожающе медленно.

Я остановилась и повернулась лицом к дороге, инстинктивно сжав кулаки. Когда джип, крадучись, проехал мимо, я успела увидеть за рулем сгорбленную фигуру в бейсболке, козырек которой скрывал лицо, но я сразу ее узнала, и у меня внутри все похолодело.

Через пару мгновений до меня дошло, что это происходит на самом деле, и меня охватил ужас.

Это он. Без вариантов.

Когда джип поравнялся со мной, он повернул голову и пристально посмотрел на меня – я была в этом уверена, хотя стекло отсвечивало, а в машине было темно, отчего рассмотреть его получше оказалось невозможным. Сердце бешено стучало в груди. На ладонях выступил липкий пот. Я ждала, что машина сейчас остановится и оконное стекло поедет вниз. Что Шон слегка наклонится в мою сторону, одарит своей вальяжной, всезнающей улыбкой и тихо скомандует: «Садись».

Вместо этого джип в том же темпе, почти ползком, добрался до конца моста, а затем свернул направо и исчез из виду.

Мои нервы звенели, как струны расстроенной гитары. Вот дерьмо. Что я наделала, зачем так подставилась? Бродила по городу с головой, забитой мыслями о Робе, а потом и о Филе с Клер. О чем я вообще думала? Конечно, это был Шон. Ссутуленные плечи, вся его поза, бицепсы, выпирающие из рукавов обтягивающей футболки. Сколько раз я видела, как он играет этими мускулами перед зеркалом? Сколько тренажерных залов при отелях он проинспектировал? Шон не собирался меня отпускать. Никогда. Ему было плевать на деньги. Дело было не в выживании и не в необходимости добывать еду. Ему была интересна игра, нравилось проделывать свои фокусы. Он с удовольствием ловил человека на крючок и указывал ему на его место. Унижая других, он чувствовал себя живым.

Он проследил мой путь от Пуго до Кастеля и был готов схватить меня, как добычу. Но сперва он хотел подразнить меня – дать мне понять, что он здесь, поиграть с моим страхом, – а уж потом выбрать момент и припереть меня к стенке, закончив эту игру на своих условиях. Иначе я бы победила. А этого он никак не мог допустить.

Конечно, он меня засек. Еще и пригляделся хорошенько, чтобы удостовериться. На мне были солнечные очки, но походку я не изменила. Я ничего не сделала для маскировки, не предприняла ни единой попытки слиться с местностью.