Нас останавливать никто не стал — если кто-то из явившейся мелочи захочет покончить жизнь самоубийством, своим мягким тельцем призвав опасную тварь — туда ему и дорога. Тварь убьют, пустят на ресурсы, а о студенте забудут, как о незначительной мелочи. Я бы поступил так. Уверен — местные думают аналогично.

Мы вскарабкались на вершину стены и встали на небольшой площадке, что когда-то использовалась для большого метательного оружия. Сейчас площадка пустовала, так что мы смогли спокойно осмотреться. И смотреть было на что!

— Что это? — шёпотом произнесла Милена. — Как это вообще возможно?

Вокруг Формитона находилась голая чёрная степь. Не было ни деревьев, ни кустов, даже трава и та была не везде. Степь простиралась до самого горизонта, где виднелось нечто, похожее на горы. Видимо, та самая легендарная первая стена, созданная в первые годы после ритуала группы «Истина».

Степь пугала своей практически идеальной пустотой, но куда больше пугали разломы, что располагались едва ли не через каждые сто метров! Оранжевые, красные, тёмно-красные, даже фиолетовые — если переводить цвета в ранг, получается пятый, шестой, седьмой и восьмой ранги. Синего разлома девятого ранга я не увидел, сколько не смотрел. Как и чёрного — десятого. Но при этом я не увидел голубого, что означал разлом второго ранга, зелёного — третьего ранга, а также жёлтого, показывающий, что в этом разрезе пространства скрывается четвёртый ранг. Вокруг Формитона образовалось жуткое разноцветное поле высокоранговых разломов и эти проколы в пространстве простирались до первой стены.

Но не одними разломами было примечательно это место. Разломные твари, выбравшиеся из своей колыбели во время прорыва, носились туда-сюда, подчиняясь какой-то странной логике поведения. Вместо того, чтобы броситься на стены и постараться заполучить для своего кристалла хоть толику человеческой энергии, твари носились по странным траекториям, издавая жуткие вопли. Мне потребовалось время и вся моя внимательность, чтобы понять интересную вещь — твари привязаны к своим ареалам обитания. Слишком далеко от разлома отойти они не могут, вот и беснуются на границе своих зон, сражаясь друг с другом. Да, ещё одно необычное явление — твари одного разлома рвали тварей другого, если границы разломов пересекались. Кристаллы требовали энергию и брать её, кроме как из тварей другого разлома, было не от куда. Всё остальное было уже сожрано.

— Таким будет весь мир, если империя прекратит останавливать это безумие, — шёпотом произнесла Розалин. — Наш долг — сражаться с тварями и уничтожать разломы, чтобы дать возможность обычным людям жить.

Я промолчал, прекрасно понимая, что мир-то как раз выживет. Якоря, что использовала группа «Истина» при формировании своего «проклятья», размещаются на территории нашей империи. Дальше проклятые земли расти не станут и в соседних с нами королевствах просто будут возникать стихийные разломы, без всякого роста. Но империи да — придёт конец, если срочно не сломать четыре оставшихся якоря. Для начала нужно остановить рост проклятых земель, затем уже разбираться, как их вообще очистить.

— Красиво? — к нам подошёл один из магов природы, что охраняли стену.

— Жутко, но красиво, — подтвердил я, после чего искренне произнёс: — Хочется сбежать отсюда и никогда сюда не приходить. Очень давит.

— Давит — это хорошо, — усмехнулся маг. — Ваши разломы с другой стороны.

— Не угадал, вот наш разлом, — я кивнул на пятёрку, что была ближе всего к городу. Практически у самых стен.

— Ты бы не шутил так, хаосит, — с какой-то странной интонацией произнёс стражник.