Наконец, мы вступили на последний подъём. Седьмой этаж, о существовании которого никто не догадывался, отправляя нас сюда, манил своим кристаллом. Вожаки разломов поступали во время прорывов по-разному. Кто-то оставался охранять кристалл, кто-то, как огненный волк, выбирался наружу, чтобы лично пожрать как можно больше живых существ.

Нам достался первый вариант.

Когда мы выбрались на седьмой этаж, перед нами предстала огромная пещера, у дальнего края которого находилась тварь, видеть которую мне бы очень не хотелось. Мои ученицы замерли, не веря своим глазам. Милена даже выругалась и протёрла глаза, словно на неё наложили наваждение.

— Что же, девушки, знакомьтесь, — произнёс я. — Вожак разлома седьмого ранга или, как его обычно называют в книгах, дракон тьмы. И, скажу вам откровенно, у меня нет ни малейшего представления, как мы на нашем ранге будем его убивать.

По-хорошему нам стоило развернуться и отправиться за поддержкой. Дракон тьмы — это не тот противник, с которым можно шутить. Вот только кристалл, что находился за драконом, манил меня своей силой. Я представлял, насколько высоким может быть дракон тьмы с такого расстояния, поэтому никак не мог уйти из разлома, что породил кристалл силы размером минимум в два моих роста.

Нужно думать. У нас на это есть четыре дня.

Глава 11

— Но это же невозможно! — заявила Розалин и посмотрела на притихших девушек. Те тоже хотели возмущаться, но они находились со мной чуть дольше, чем принцесса, поэтому знали, что слово «невозможно» в моём лексиконе если и есть, то используется крайне редко. И сейчас не тот случай.

— Ната, Мила! — Розалин продолжала возмущаться. — Вы-то ему скажите, что это нереально! Нельзя просто так взять и начать использовать магию воздуха!

Ей никто не ответил — все пытались осмыслить моё предложение. Ибо нормальным его назвать было крайне тяжело.

В чём же суть? Дракон тьмы представлял собой огромную тушу, обычно в четыре человеческих роста, бегающую на шести толстых лапах, обладающую огромным хвостом и зубастой головой на длинной шее. Кожа дракона создана из чешуек, пробить которые не сумеет, наверно, даже выпущенный в упор арбалетный болт. Ладно, болт-то как раз пробьёт, но толку от этого не будет — если он в чешуе не завязнет, то до жизненно важных органов не доберётся.

Как и все представители своей стихии, дракон тьмы обладал жуткой аурой, что разъедала всё живое в большом радиусе от него, имел иммунитет к магии трёх стихий внутреннего контура (огонь, вода и природа), а также укрывался за энергетическим щитом из чистой тьмы. Это по защите.

Что касается нападения, то здесь всё было ещё хуже. Молния из чистой тьмы, бьющая на тридцать шагов, струя чёрного пламени, что выплёвывалась из пасти, собственно, сама смертоносная аура для мелочовки и, для особо одарённых — острые крепкие зубы и когти на всех лапах. Летать дракон не умел, перемещался медленно. Но с такой атакой и защитой медлительность никак не сказывалась на его самочувствии. Если дракон тьмы видел цель, он её загонял в любом случае.

С такими тварями встречаться мне уже приходилось. Как раз в разломе восьмого ранга, куда я зашёл за пропавшей группой. Дракон тьмы являлся вожаком разлома и, загнав покорителей в какую-то расщелину, методично взламывал их оборону, особо никуда не спеша.

Не могу сказать, что мне пришлось туго — твари тьмы прекрасно умирают под действием всепожирающего хаоса. Вот только сейчас у меня был всего пятый ранг, а дракон тьмы находился на седьмом. Даже если я выпущу в него две сотни «стрел хаоса» и в цель попадёт каждая десятая, умрёт дракон не сразу.