Крупный мужчина вылез из-за стола даже не закряхтев, открыл дверь в смежную комнату и крикнул:

— Леночка! Принесите все документы по делу, которым сейчас занимается Сергей Юрасов. И два кофе.

— Я бы предпочел чай, — попросил Родион. — Кофе я сегодня уже пил.

— У нас натуральный кофе, — возразил руководитель. — Пальчики оближите.

Минут через десять секретарша принесла тощую папку. Секретарша тоже была тощая, очень высокая и в короткой юбке. Родион обратил внимание, что кверху ноги у нее расходятся в стороны, образуя треугольник, через который мог бы прошмыгнуть воробей.

— Хороша, да? — спросил руководитель, заметив, что Род провожает ее взглядом. — Сам отбирал из сорока претенденток. Куда денешься: референт — все равно, что визитная карточка. Если б только она еще на машинке печатать умела…

Он открыл папку и некоторое время вертел в руках две странички, которые там лежали. Потом недоуменно посмотрел на Родиона.

— Видите ли… Э-э… — замялся шеф.

— Что-нибудь не так? — участливо спросил Родион.

— Вот уже три недели Юрасов не составляет отчетов.

— И вы не знаете, чем занимается ваш сотрудник?

— Я не сторонник бюрократии, — руководитель с раздражением захлопнул папку.

— Если начнется расследование обстоятельств смерти моего подопечного, вам придется выложить все, что успели накопать на Бруно. Иначе надо будет долго объяснять, почему Юрасов почти месяц крутился возле предполагаемого преступника, а в агентстве никто ничего не знает. Следователь может даже подумать, что вы уничтожили отчеты, чтобы выгородить своего клиента.

Руководитель агентства некоторое время жевал собственные губы, задумчиво глядя в потолок, потом открыл ящик стола.

Родион испугался, что он снова протянет ему листки с расценками, но вместо этого на столе появилась бутылка дешевого греческого алкогольного дринка и два граненых стакана.

— На алкоголь у меня аллергия, — сообщил мужик, наполняя каждый стакан на две трети, — А от греческого коньяка почему-то нет.

— Мне он тоже нравится, — поспешил успокоить его Родион.

— Этот Юрасов, между нами, полудурок, — сообщил руководитель, когда они выпили по глотку. — Я взял его на работу из чувства сострадания. Слышали историю про карусель?

— Нет.

— Странно, я думал, в наших органах ее каждый знает.

— У меня свои органы, — пояснил Род.

— Ха, тогда я расскажу. Юрасов был участковым. На его территории находился парк отдыха, а там стояла карусель, знаете, такая, с сиденьями на цепях. Так вот, как-то поздно вечером Юрасов говорит сторожу — покатай. Тот — давай, садись. Потом сторож включил карусель, и пока она не раскрутилась, а она ведь поначалу медленно раскручивается, сторож взял и тоже забрался на одно из сидений, — руководитель прыснул в кулак. — Представляете? Когда такая карусель набирает обороты, слезть с нее уже невозможно. Как рассказывал после сам Юрасов, сначала он стал стрелять в мотор из табельного оружия. Но карусели хоть бы хны. К утру он хотел сам застрелиться. Но только уже патроны кончились. Они вертелись на этой карусели двенадцать часов, прежде чем пришли работники аттракциона и сняли обоих. Юрасов долго лежал в больнице, а сторож, кстати, умер еще до того, как выключили карусель.

— Веселая история, — мрачно заметил Родион.

— Когда Юрасов выписался из больницы, от него ушла жена, забрав детей.