Но, пропав на долгих двадцать семь лет, я нарушила обещание себе.

Мелькнула знакомая фигура. Дориан, с которым я познакомилась пару часов назад, подбежал к Морану.

– Дядя, ворон прилетел. Они покинули приграничный город в Феросии и движутся к границе.

Пока я осмысливала услышанное, испытав чувство дежавю, эти двое успели закончить разговор. Дориан повернулся. Хотел было уйти, но заметил меня, стоявшую поодаль.

– Сара! Ты так внезапно куда-то пропала. – Широким шагом он подошел ко мне. Вдруг наклонился и, едва не снеся шляпу с моей головы, прошептал: – Спасибо за помощь. Мы быстро справились только благодаря тебе.

Он схватил меня за руку и потряс со всем чувством, выражая признательность.

– Ты просто обязана пойти со мной погулять. Обещ… А-а-а!

Люций оттащил племянника назад, схватив за воротник, будто котенка.

– Поищи кого-нибудь под стать себе, – сощурившись, поучительно произнес Моран.

Он не сильно, но и без особой любезности оттолкнул Дориана в сторону.

– Эй, аккуратнее! – возмутился парень. – Если сам сухарь, не надо других губить. Иди дальше вздыхай на свои пор…

Взгляд Морана потемнел, и в его руке молнией мелькнула вспышка тьмы. Призрачная птица сорвалась с ладони, вспорхнула, а в следующую секунду полетела к юному даэву.

Тот попятился. И, пока не стало поздно, обвиняя родственника в подлости, убежал прочь, спасаясь от преследующего его создания тьмы.

– С каких пор ты такая терпеливая? – недовольно процедил див. – Разве тебя не разозлила его фамильярность?

– Я не в том положении, – скупо отозвалась я.

– Не в том положении… – повторил Моран.

– Дядя?

– Он сын Норкросса, но почему-то зовет меня дядей. Фактически мы братья, но отец Дориана когда-то отправил его ко мне на воспитание.

– Ты и воспитание… – протянула я.

– Иного выхода не было.

Люций замолчал. Отошел, отдавая еще несколько приказов.

Вскоре мы выехали за пределы крепости. Узкая дорога оказалась единственным не заросшим зеленью клочком земли. Стволы могучих деревьев высотой могли сравниться с самой большой башней покинутой нами цитадели. Лес был древним. Шумевшая над головой листва словно шептала, пытаясь рассказать одну из увлекательных историй, выпавших на его долю.

Копыта лошадей проваливались в мягкий чернозем, оставляя многочисленные следы. Но когда мы дошли до развилки, в спину ударил резкий порыв ветра. Я обернулась, понимая, что все следы исчезли, уничтоженные магией из форта.

– Что хотел сказать твой племянник, когда назвал тебя сухарем? Ты не дал ему договорить, – невзначай произнесла я.

Люций задумчиво склонил голову.

– В последние годы я много упражнялся с кистью.

– Упражнялся?

– Писал картины. Для себя.

– Покажешь? – спросила я, не уверенная до конца, хочу ли в действительности их увидеть. Ведь, зная Люция, могло статься, что я об этом пожалею.

Моран загадочно усмехнулся.

– Обязательно, как-нибудь, – пообещал теневой див, глядя вдаль, и добавил: – Когда выдастся подходящий момент.

XVI

Мертвый лес

Магия пронизывает весь Дэвлат, но не все желают это замечать. Страх извращает силу, ненависть отравляет, безразличие обращает во тьму.

Уже к ночи, когда мы вышли из леса, на горизонте показались горы. Они пока еще неясными очертаниями виднелись вдалеке. Облака плотно окутали их, смягчая контуры.

В путь отправилось шестеро даэвов, включая меня и Люция.