– Кажется, да. Элизабет представила вашу связь Арлену в выгодном для нее свете, и он тебя возненавидел. Возможно, она даже влюбилась в тебя, потому и ненавидит по сей день.

– Элизабет любит только себя, – возразил Гаррик.

– Это так, – кивнула Оливия, – но, несмотря на всю свою гордыню и эгоизм, она таки влюбилась в тебя, по всей видимости.

– Никогда об этом не думал, – проворчал Гаррик. – И вообще лучше оставим это. Все было так давно, целых одиннадцать лет назад! Мне тогда исполнилось всего пятнадцать. Теперь это не имеет ровно никакого значения, но Арлен с тех пор воспылал ко мне ненавистью. Оливия, разве ты не понимаешь, что мне нужна только ты?!

Глаза ее наполнились слезами.

– Я такая глупая… Прости, Гаррик. Ради меня и Анны ты подвергаешь опасности свою жизнь, свое будущее…

Вспомнив первую встречу с Оливией, Гаррик невольно улыбнулся и поцеловал ее в нос. Она тут же порывисто прижалась к нему всем телом, спрятав заплаканное лицо у него на груди.

– Пойдем ко мне в комнату, – прошептал Гаррик, отогнав прочь мысли о Элизабет и ее брате.

Она молча подняла на него глаза.

Взяв ее руку, он поднес ее к губам и поцеловал со всей страстью молодого сильного мужчины. Глаза Оливии потемнели от возбуждения, и он тотчас прильнул к ее устам. В это мгновение он испытал такое жгучее желание, какого никогда прежде не испытывал! Он и сам не на шутку испугался: что, если Оливия исчезнет из его жизни столь же внезапно, как и появилась? Что, если Арлен все-таки выследит их и вернет ее силой?

– Оливия, прошу тебя, пойдем, – снова прошептал он, бросив взгляд на спавшую Анну.

– Гаррик, я тоже сгораю от любви… Но вдруг Анна проснется? Одна, в темной чужой комнате…

Гаррик едва удержался, чтобы не застонать.

– Оливия, я хочу быть с тобой.

Он чуть было не сказал: «А вдруг это последняя наша возможность побыть вдвоем?» Он знал, что время теперь работало против них, и почти физически ощущал его неостановимый бег.

– Я тоже хочу быть с тобой, очень хочу, – прошептала она. – Господи, что же с нами происходит?

– Мы любим друг друга… – тихо произнес Гаррик.

До сих пор ни один из них не говорил о любви, и сейчас ему нестерпимо хотелось услышать то же самое от Оливии.

– Я полюбила тебя, Гаррик де Вер, еще до того, как мы познакомились, – таинственно улыбнулась она.

В душе он так и возликовал, а вслух произнес:

– Разве так бывает?

Помедлив, Оливия пояснила:

– Я познакомилась со Сьюзен и ее родителями за несколько дней до того, как ты приехал в дом Лейтонов в Лондоне. Это случилось в Эшбернэме, где они гостили по приглашению моего мужа. Как только Сьюзен рассказала мне о своей помолвке, я мысленно увидела тебя, Гаррик, так явственно, словно уже давно была с тобой знакома. Я сразу поняла, что ты не виноват в смерти своего брата, хотя весь свет обвинял тебя в этом. Прежде со мной такого никогда не случалось.

Она взглянула в его глаза и уже не отводила взгляда.

– Я очень рад, – хрипло прошептал он и снова страстно поцеловал ее руку.

Когда он наконец отпустил ее, Оливия улыбнулась и погладила его по щеке.

– Несмотря ни на что, нам суждено было встретиться и полюбить друг друга.

– Да, суждено, я тоже это чувствовал, – улыбнулся в ответ Гаррик, потом враз помрачнел и добавил: – Завтра с первым лучом солнца отправимся в путь.