Так это и случилось. Мальчики разделились. Роберт был в Дингл-Делле, искал среди деревьев. Том пошел к озеру. Возможно, он заметил, как солнце блеснуло на породе, или руководствовался подсказкой. Ему не было нужды даже ноги мочить, но юнец так разволновался, что полез в озеро. Что было дальше? Возможно, он споткнулся. Там было полно водорослей, они могли оплести ему ноги. Я знаю только, что вскоре после трех пополудни Брент проходил мимо с газонокосилкой и увидел моего мальчика, лежащего лицом вниз в воде. — Голос Мэтью Блэкистона дрогнул. — Том утонул. Брент сделал что мог. Том находился всего в нескольких футах от берега, и Брент вытащил его на сушу. Потом вышел из леса Роберт и увидел, что стряслось. Он бросился в воду. Он кричал. Просил Брента помочь. Брент не знал, что делать, но Роберта научили в школе основам первой помощи, и он пытался сделать брату искусственное дыхание. Слишком поздно. Том был мертв. Я узнал обо всем позже, от полицейских. Они поговорили со всеми, кто был причастен: с сэром Магнусом, с Брентом, с Мэри и Робертом. Способны вы представить, что я чувствовал, мистер Пюнд? Я был их отцом. Но меня там не было.

Голова Мэтью Блэкистона поникла. Он закрыл лицо рукой, держащей сигарету, и молча сидел, пока дымок, завиваясь, поднимался к потолку. В этот миг Фрейзер почувствовал вдруг, как мала эта комната, как безнадежна сломанная жизнь. Ему подумалось, что Блэкистон — изгнанник. Он сбежал от самого себя.

— Хотите еще чаю? — спросил вдруг Блэкистон.

— Я бы не отказался, — ответил Фрейзер.

Чаю никто не хотел, но требовалось время, нужна была пауза, прежде чем Блэкистон мог продолжить. Фрейзер отправился к чайнику, радуясь возможности сделать перерыв.

— Я вернулся в Боскомб-Даун, — снова начал Блэкистон, когда свежий чай разлили по чашкам. — А в следующий приезд домой точно понял, в какую сторону дует ветер. Мэри и Роберт отгородились от меня стеной. После того случая Мэри ни на шаг не отпускала от себя мальчика, и впечатление создавалось такое, будто они знать меня не хотят. Я бы выполнил свой долг перед семьей, мистер Пюнд! Клянусь, выполнил бы. Но они не дали мне шанса. Роберт всегда говорил, что я бросил их, но это не так. Я пришел домой, но никого не застал там.

— Когда вы в последний раз видели сына, мистер Блэкистон?

— В субботу, двадцать третьего. На похоронах его матери.

— Он видел вас?

— Нет. — Блэкистон глубоко вздохнул. Он докурил сигарету и потушил окурок. — Говорят, что потеря ребенка либо сближает, либо отдаляет. Я сильнее всего обижался на Мэри из-за того, что после гибели Тома она не позволяла мне сблизиться с Робертом. Оберегала его от меня! Можете в это поверить? Мало того что я лишился одного сына, закончилось все тем, что мне пришлось потерять обоих. Но часть меня так и не перестала любить ее. Сентиментальная история... Я уже говорил, что писал ей, поздравлял с днем рождения, с Рождеством.

Иногда звонил по телефону. Хотя бы это Мэри мне позволяла. Но не желала, чтобы я находился рядом. Она достаточно ясно дала это понять.

— Вы разговаривали с ней недавно?

— В последний раз я говорил с ней пару месяцев назад. Но есть кое-что, чему вы не поверите. На самом деле я звонил ей в тот день, когда она умерла. Прямо мистика какая-то! В то утро меня разбудила птица на дереве. Она настоящую какофонию устроила.