Я вздыхаю.

– Ладно, не бери в голову.

В этот момент я встречаюсь взглядом с Тамсин, и она надменно кивает мне. Отвечаю ей сухой полуулыбкой, и мы продолжаем игнорировать друг друга.

Так уж получается, что большую часть вечера мы вспоминаем забавные случаи из нашей школьной жизни и обсуждаем ужасных учителей. Все – за исключением, естественно, Тамсин – подшучивают надо мной из-за того, что я стала учительницей в нашей школе. Мел поступила правильно, что вытащила меня на эту встречу. Я отлично провожу время, даже несмотря на то, что в глубине души беспокоюсь за Доминика и Дейзи. Изо всех сил сдерживаю себя, не проверяя каждые пять минут телефон в ожидании сообщения о том, что вернулись похитители. Понимаю, что мне нужно перестать нервничать и отдаться веселью.

Слева сидит еще одна моя подруга, Пенни. Она тоже молодая мамочка, как и я. В школе мы были не очень близки, но она всегда мне нравилась. После двадцати минут разговоров о детях Пенни откидывается на спинку стула.

– Кирсти, мы с тобой такие зануды, – говорит она, накручивая на палец прядь темных волос. – Мы с тобой целый вечер рассказываем друг другу, как нам страшно потерять наших малышей. Когда мы успели стать такими скучными?

Пенни – организатор вечеринок, но она признает, что это скорее хобби, чем полноценная работа. Ее муж – инвестиционный банкир, так что они при огромных деньгах и имеют полный набор, в том числе просторный загородный дом, гараж с внедорожниками и прислугу, включая няню.

– Мы же начинающие мамочки, – смеюсь я. – Нам дозволено быть занудами и хвастаться нашими замечательными детками.

– Ты права. – Она поднимает бокал. – За наших замечательных деток. – Не рассчитав своих усилий, она слишком энергично чокается со мной. – Ой, извини, – хихикает она. – Немного перебрала. Кстати, а почему ты не пьешь?

– Я еще кормлю грудью, – отвечаю я, отпивая минеральной воды.

– О, молодец. Я бы так не смогла. Слишком больно и здорово ограничивает.

– Мне повезло, что с Дейзи нет проблем. Иначе я бы тоже бросила. Я слышала, что боль дикая.

– Точно иголками колют.

– Ого!

Мы смотрим друг на друга и разражаемся хохотом.

– Мне надо в туалет, – говорит она. – Я на минуту.

Я поворачиваюсь к Мел, но она поглощена разговором с Суз, которая промокает глаза салфеткой. Не могу мешать им – похоже, разговор тяжелый.

Напротив Тамсин тоже не у дел. Мы встречаемся взглядами. Она вздергивает подбородок и отводит взгляд, упорно игнорируя меня. Может, мне достать телефон и сделать вид, будто я отвечаю на несуществующее сообщение? Нет. Я сыта этим по горло. Не знаю, почему у нее со мной такие проблемы. По идее, после всего, что она сделала, это я должна ее ненавидеть. Я немного наклоняюсь вперед и с наигранным дружелюбием обращаюсь прямиком к Тамсин:

– Ведь у тебя есть дети, да?

Она удивленно изгибает брови. Мне интересно, ответит она мне или нет.

– Да, мальчик и девочка, – отвечает она, уставившись на свои ногти с французским маникюром. У нее на запястье поблескивают часы из розового золота.

– И сколько им?

– Эли восемь, Маккенне шесть. – В ее голосе слышится скука, полное отсутствие интереса.

– А моей – Дейзи – полгода.

Она опять изгибает брови. На этот раз в знак того, что услышала меня.

– Да, – не унимаюсь я, гадая, на что она мне сдалась.