|
В затравленном взгляде повара мелькнуло облегчение. Несомненно, объявив себя осведомителем, он не погрешил против истины. — Прошу вас, сэр, помогите мне! — взмолился он. — Если вы были осведомителем, значит, посылали письма в ведомство лорда Кромвеля. Вы что, умеете писать? — Мой брат умеет, сэр. Он писал с моих слов. — И куда же вы направляли свои письма? — В контору мастера Бивейтера, главного викария Вестминстера, — с готовностью заявил повар. — Для передачи мастеру Уэллсу. — Этот человек говорит правду, — сказал Барак, обернувшись к нам. — Он действительно собирал сведения для лорда Кромвеля. — Возможно, с тех пор он успел переметнуться к папистам, — не отступал Редвинтер. — Все может быть, — пожал плечами Барак. — Да только этот малый явно трусоват и вряд ли годится в заговорщики. — К тому же у нас нет никаких доказательств того, что он является отравителем, — подал голос я. — Так что вы, мастер Редвинтер, не имеете законного права подвергать этого человека пыткам. Пока его следует держать под арестом, хотя я убежден, что к отравлению он не имеет ни малейшего отношения. Но от допроса с пристрастием я прошу вас воздержаться. Обо всем случившемся я незамедлительно сообщу сэру Уильяму Малевереру. — А что, если отраву заключенный получил вовсе не с едой? — предположил Барак. — Это вполне вероятно, — кивнул я. — Вы должны рассмотреть все возможные версии, мастер Редвинтер, и я сделаю то же самое. После разговора с сэром Уильямом я сразу вернусь сюда. Стоило выйти во двор, ветер, успевший за это время еще усилиться, бросил мне в лицо брызги ледяного дождя; опавшие листья вихрем носились по двору. Редвинтер, с потемневшим от ярости лицом, спустился вслед за нами. — Напрасно вы суетесь не в свое дело, сэр! — прошипел он, схватив меня за руку повыше локтя. — Вам поручено заботиться об арестанте, и только! Этим и будьте любезны ограничиться! — Вы не имеете никакого права заниматься расследованием, — хладнокровно ответил я. — Оно находится в ведении сэра Уильяма. Редвинтер, злобно сверкнув глазами, сжал мою руку еще крепче. — Потише, сэр, — сказал Барак, коснувшись его плеча. Редвинтер наконец выпустил меня и произнес с натужным смехом: — Вижу, я был прав. Вы настолько трусливы, что постоянно нуждаетесь в защитнике. Вас ведь зовут Барак? — спросил он, вперив взгляд в моего помощника. — Еврейское имя, из Ветхого Завета. — С образованным человеком всегда приятно поговорить, — ухмыльнулся Барак. — Видите вон ту башню, на которой болтается Эск? — язвительно улыбнувшись, вопросил Редвинтер. — Да будет вам известно, раньше на ее месте стояла другая, деревянная. Но несколько столетий назад жители Йорка, доведенные до отчаяния происками алчных жидов, схватили их и сожгли в этой башне живыми. Согласитесь, для такого благого дела и башни не жалко. С этими словами он повернулся и пошел прочь. Барак побледнел как полотно. Настал мой черед поддержать его, сжав его руку. — Вот каналья! — выдохнул Барак. — Полностью с вами согласен. Но сейчас он чувствует, что земля у него под ногами качается, и это приводит его в бешенство. Он умеет лишь заковывать арестантов в цепи, мучить и пытать их. |
